1 июня. 179-е сутки полета. У экипажа день отдыха. Космонавты ждут прихода гостей и смены, поэтому подъем сдвинули на 09:00, а отбой на 00:30.

Юрий демонтировал с иллюминатора №6 визир «Пума», так как длина тени увеличилась до 20 мин и необходимость использовать «Пуму» для коррекции базиса отпала. Взяв пробы с поверхности корпуса СМ (за панелями), Юрий попросил уточнить номер позиции этих проб в перечне возвращаемого оборудования. Карл закончил зарядку батарей американских скафандров, а Дэн проверил состояние научной аппаратуры и работал с оранжереей BPS. По просьбе Земли он убрал обломки вентилятора, для чего пришлось временно выключить установку и извлечь камеру роста №3. По 2.5 часа члены экипажа занимались физкультурой.

Еще утром ЦУП-М заметил большой уход бортового времени на российском сегменте (РС): разница с американским сегментом (АС) составила -4 сек. Поэтому режим коррекции времени от автономной системы навигации (АСН) был отключен, а затем была проведена сверка времени. Это помогло: расхождение с АС уменьшилось до одной секунды. Еще одним замечанием в работе систем был рост температуры на аккумуляторных батареях. Для повышения эффективности их охлаждения был выбран другой контур охлаждения: КОБ1 был заменен на КОБ2.

2 июня. 180 сутки. У экипажа продолжается отдых. Омрачен он был только одним: сообщением, что старт шаттла «Индевор» переносится на 5 июня. Готовясь к стыковке, Уолз тщательно осмотрел уплотнения стыков в АС и зарядил еще два аккумулятора для скафандров. Как и накануне, зарядку не удалось провести полностью: на батарее №2022 недозаряд составил 6.5 А·час, а на №2023 – 4.5 А·час. Выходы на них делать можно, но срок службы аккумуляторов будет намного меньше нормального.

На АС возникли проблемы с вентиляцией в Node (отказал один из блоков RPCM), но ЦУП-Х заверил, что к стыковке все восстановит.

При очередном обслуживании беговой дорожки TVIS Юрий, потянув за притяг, обнаружил металлическую стружку длиной около 8 мм. Стружку удалили в отходы, а фото было передано в ЦУП-Х. Дэн Бёрш по просьбе Земли отключил радиационный датчик TEPC.

3 июня. 181 сутки. Экипаж начал новую трудовую неделю. Пока Юрий устранял люфт в месте крепления ручки РУО-2 системы ТОРУ (на этот раз в нужном месте) и маркировал штрих-кодами панели СМ, Карл и Дэн собрали схему регистрации микроускорений IWIS, провели поочередно оценку тренированности, перенесли данные измерений на жесткий диск и затем разобрали схему. Как потом оказалось, один из четырех датчиков-акселерометров вышел из строя.

После обеда все трое проверяли межсегментную громкую связь. Земля помогала в этом экипажу, вызывая его на связь поочередно то из ЦУП-М, то из ЦУП-Х. Интересно, что при проверке внутреннего канала АС–РС космонавтов слышали и в ЦУП-Х по американскому каналу S/G1: такая вот странная завязочка…

Вечером Карл заменил батареи в системе IWIS, а Юрий попробовал найти потерянные Роберто Виттори видеокассеты, но ему это не удалось.

ЦУП-М проводил тест 3-го комплекта радиотехнической системы «Регул». Все шло штатно, пока в обратном канале не был включен режим приема телеметрии, после этого обратный канал пропал. После отмены этого режима обратный канал вновь появился.

4 июня. 182 сутки. Утром Юрий тренировал сосуды ног в костюме «Чибис», готовясь к возвращению на Землю (Дэн помогал ему) и продолжил наклейку штрих-кодов. Вместе с Карлом и Дэном он провел телевизионный сеанс с журналистами и самостоятельно – приватную медицинскую конференцию. Карл и Дэн до обеда занимались монтажом фиксатора для долговременных операций LDCR (Long-Duration Crew Restraint). Этот фиксатор потребуется в будущем для некоторых медицинских экспериментов, в частности в японском модуле JEM.

После обеда Юрию дали время для предварительной подготовки укладки экипажа к возвращению, Карлу и Дэну было не до того: сначала они демонтировали фиксирующие болты системы удаления углекислого газа из атмосферы (CDRA), а затем Дэн ремонтировал систему электропитания АС – заменил по два модуля дистанционного контроллера питания RPCM в Unity и в Лабораторном модуле. Карл подготовил к выходам носимые радиационные датчики EVARM.

Экипаж сбросил видеообращение к американскому Дню флага (14 июня).

Несогласованные работы

На вечер Карлу была запланирована проверка измерителя звука, замеры в 27 точках американского сегмента и передача результатов в медицинский компьютер. Операция в детальном плане была отмаркирована как американская процедура, но на самом деле все работы касались российского измерителя звука. ЦУП-М понял проблему только после просьбы Онуфриенко о помощи в передаче данных. Так как вопрос у экипажа возник уже поздним вечером по московскому времени, ЦУП-М помочь экипажу не смог.

Дэниел Бёрш – космический садовник.

Еще одна операция, запланированная ЦУП-Х самостоятельно, без предупреждения ЦУП-М, касалась проверки герметичности клапанов межмодульной вентиляции между LAB и Node. По этой процедуре в 20:40 UTC были закрыты люки между LAB и Node, в вестибюле между люками давление было сброшено до 9.6 мм рт.ст., и с 21:18 начался 8-часовой контроль герметичности. В российском детальном плане эта работа не значилась вообще. ЦУП-М узнал о ней только от Юрия.

Поскольку атмосфера и давление в станции – общие, то любая операция со сбросом давления одинаково влияет и на американский, и на российский сегмент; в связи с этим для ЦУП-М так и остались загадкой и необходимость этой проверки, и причина, по которой ЦУП-Х не согласовал эту процедуру с ЦУП-М. Кстати, из-за нее Бёршу пришлось искать другое место ночлега вместо «гамака» TeSS в LAB'е.

ЦУП-М опять вернулся к режиму коррекции времени от АСН, перезапустив ПВУ, но через виток после включения АСН тот внезапно отключился. Ситуация анализируется.

За последние 24 часа данные об ориентации станции от GPS-приемников стали менее точны, что повлияло на наведение антенны Ku-диапазона. Предположительно в инерциальной ориентации станция не всегда «видит» нужное количество спутников.

5 июня. 183 сутки. До обеда Юрий вместе с Карлом провел клонирование жесткого диска Laptop №1 системы управления бортовым комплексом с CD-диска и настройку ОС Solaris, затем в одиночку заменил фильтры на пылесборниках в ФГБ и блок фильтров углекислого газа в приборе ИК0501. После смены блока фильтров CO₂ сработал алгоритм контроля давления по нижнему пределу CO₂. Анализ показал, что причиной срабатывания является переходный процесс. Дэн продолжил проверку герметичности вестибюля в LAB, а после того как он занялся физкультурой, эту проверку продолжил Карл. (Американцы потом сообщили, что тест был проведен с целью «завершения орбитальной верификации LAB'а» и прошел успешно.) В 1-й половине дня он еще готовил возвращаемое на «Индеворе» оборудование.

После обеда Юрий работал в ФГБ – чистил съемные сетки и вентиляционные решетки на панелях интерьера. Дэн посвятил себя работе с оранжереей BPS. Он занимался опылением растения Brassica (собирать урожай было еще рано) во 2-й камере и отбором проб газа в камерах №1, 2 и 4. Затем он собрал урожай пшеницы в 4-й листовой камере, где накануне нарушился влажностный режим, поменял местами корневые модули 2-й и 4-й камер, поскольку во 2-й камере условия еще хуже, и отключил 2-ю камеру до конца эксперимента.

Бёрш и Уолз выполнили еженедельный сеанс эксперимента «Взаимодействие» и опять готовили оборудование к возвращению. Карл перенес данные о занятиях физкультурой в компьютер и позанимался сам. Юрию Онуфриенко, которому доверено определять объем физической нагрузки самому, ЦУП-М сообщил, что выбранный режим упражнений на TVIS годен.

Несмотря на неблагоприятную инерциальную ориентацию, в рамках американской программы наблюдения Земли CEO экипаж отснял район рек Тигра и Евфрата в Турции и Ираке (США интересует строительство дамб на иракской стороне границы), вихри в районе Канарских о-вов, Галапагосские о-ва, архипелаг Туамоту и пожары в Нью-Мехико.

Однако самым главным событием для экипажа оказался старт шаттла. Через два дня, 7 июня в 16:18 «Индевор» должен пристыковаться к станции.

6 июня. 184 сутки. У экипажа день отдыха перед встречей «Индевора». И все же не обошлось и в этот день без целого ряда работ. Юрий и Карл заменили пылефильтры ПФ-1…ПФ-4 в СМ. Командир подключил компьютеры экипажа SSC1 и SSC3 к другим бортовым розеткам и проверил оборудование и работоспособность компьютеров ТР1 и ТР2, оставленных Марком Шаттлуортом.

После обеда Онуфриенко провел сеанс по эксперименту «Взаимодействие», а Бёрш менял корневой модуль в листовой камере №3. Затем он снял и упаковал для возвращения жесткие диски стойки HRF с медицинскими данными и отключил стойку Express №2.

Все трое переговорили со своими семьями. Только эти переговоры, да еще влажная уборка напоминали экипажу о том, что у него вообще-то день отдыха.