– Вернитесь на бортовое питание по кислороду, – командует ЦУП. – Электрофал пока не подстыковывайте.

Ситуацию нам объяснил начальник летно-испытательной службы РКК «Энергия» Александр Александров, сам дважды работавший в открытом космосе еще на станции «Салют-7»:

– Не подключили систему подачи кислорода из основных баллонов. Резервные баллоны были включены. Но мы считаем, что недостаточно одних резервных. Поэтому выполнили полную подготовку системы для осуществления выхода. Если говорить об ошибке, то речь идет о выполнении штатных операций. И мы считаем, что тут экипаж должен был работать более внимательно.

Для ликвидации нештатной ситуации снова пришлось поднимать давление в Стыковочном отсеке.

– Окончательный наддув до 550 миллиметров, – выдает рекомендацию ЦУП.

Первоначальное предложение – выравнять давление в отсеках и открыть переходные люки, чтобы Сергей Трещев, который находился в Функционально-грузовом блоке «Заря», смог прийти на помощь своим товарищам, – вскоре сменилось другим, более оперативным. Люки не трогать, пусть остаются задраенными. А Валерию Корзуну предложили выйти из скафандра и самому открыть подачу кислорода из основных баллонов у Пегги и у себя. Командир экипажа так и сделал. И шлюзование продолжилось.

В 12:23 ДМВ (09:23 UTC) ЦУП дает разрешение на открытие выходного люка.

– Давление три, – говорит Корзун, – с трудом идет.

В 12:25 ДМВ он сообщает:

– Крышка открыта.

Таким образом, из-за нештатной ситуации задержка с открытием люка составила 1 час 45 минут.

Согласно циклограмме работ, первой из люка выходит Пегги Уитсон. Традиционно это поручается бортинженеру, не стал исключением и нынешний выход. Хотя прежде чем она шагнула в открытый космос, командир проверил, пристегнуты ли карабины ее страховочных фалов. И на протяжении всей работы он старательно опекал свою напарницу, подсказывал чуть ли не каждый шаг, предупреждал, где надо быть осторожнее: там антенна, там иллюминатор… Пегги во время выхода в основном говорила по-английски, Валерию дополнительно пришлось поработать переводчиком, ведь все команды и рекомендации ЦУПа были на русском языке.

Несмотря на то что Пегги впервые встретилась с открытым космосом, она держалась молодцом. В ее голосе слышались бодрые нотки. А когда командир повез ее на грузовой стреле на гермоадаптер РМА-1, она даже развеселилась.

Пакет из шести противоосколочных панелей находился на РМА-1 с 9 июня – они были привезены на «Индеворе» (STS-111) и закреплены там во время выхода американских астронавтов. Теперь их надо было доставить к месту установки на модуль «Звезда». Эту операцию космонавты выполнили с помощью грузовой стрелы и приступили к монтажу.

– Черные метки должны быть сбоку? – уточняет Корзун.

– Да, справа и слева, – подтверждает ЦУП. – Панель ложится между ними с небольшим зазором.

Через некоторое время еще вопрос:

– Открывать сразу будем или потом?

– Сразу, Валера.

– Открыл.

– Легла на корпус?

– Да, хорошо.

Сфотографировав результаты своей работы, космонавты взялись за следующую панель.

– Экипаж сейчас работает совершенно четко, по графику, – оценивает их деятельность Александр Александров. – У нас никаких вопросов нет, все выполняется. Что же касается длительности выхода, то он ограничен у нас определенными рамками – до 18 часов московского декретного времени, т.е. четвертым суточным витком сегодняшнего рабочего дня. Это связано с возможностью систем наземного управления иметь полную телеметрическую информацию на заключительных операциях по выходу.

В 15:57 ДМВ командир экипажа докладывает:

– Все панели установлены. Болты затянуты и моментным ключом проверены. Панели раскрыты.

ЦУП советует минуту-другую передохнуть, потом заняться фотографированием. Но не увлекаться, потому что время ограничено и пора готовиться к возвращению в станцию. Работу с аппаратурой «Кромка» в этом выходе отменили, перенесли ее на следующий.

Перед закрытием люка космонавтов просят внимательно осмотреть привалочную плоскость и состояние резиновых уплотнений.

– Резинки целые, – сообщает Корзун. – Я не вижу ни вмятин, ни царапин. Нормальные резинки.

– Валера, а привалочные поверхности? – напоминает ЦУП.

– Сейчас посмотрим… Все нормально.

ЦУП дает разрешение на закрытие люка, и в 16:48 ДМВ (13:48 UTC) космонавты закрывают его. Таким образом, длительность этого выхода составила 4 час 23 мин.

В.Истомин

Открытие люка произошло в 09:25, а закрытие в 13:48, на 12 мин позже запланированного. После обратного шлюзования Пегги и Валерий измерили массу тела и сделали биохимический анализ мочи. Сергей в это время расконсервировал системы станции и восстанавливал воздуховод в СО1.

После ужина Валерий и Пегги сняли расходные элементы скафандров, просушили линии воды. Сергей восстановил места ведения связи, законсервировал АСУ в корабле «Союз ТМ» и расконсервировал в СМ. Отбой экипажа состоялся в 18:20.

ЦУП-М наддул станцию на 10 мм от средств ТКГ, а ЦУП-Х добавил наддув азотом с 733 до 750 мм полного давления. Чтобы провести наддув от американского борта, Трещев во время выхода закрыл клапаны выравнивания давления в Node 1.

В 18 часов по телеметрии было зафиксировано ложное срабатывание датчиков дыма в СО1. В это же время состоялся переход из орбитальной ориентации в инерциальную XPOP при угле b =-18°.

17 августа. 74 сутки. День отдыха (экипаж встал в 3 часа утра), но вначале нужно было немного потрудиться. Валерий и Сергей дозаправили водяные баки скафандров (было решено вновь использовать №14 и №23), а Пегги – зарядила батареи вентиляторов скафандров. До обеда американка, а после обеда командир провели исследование дыхательной функции PuFF после выхода.

Во 2-й половине дня состоялись переговоры со специалистами по ВКД и обсуждение результатов работы, а также сушка скафандров. Готовясь к следующему выходу, Валерий и Сергей начали подготовку сменных элементов скафандров, вспомогательного и индивидуального снаряжения.

17/18 августа. 74/75 сутки. Подъем экипажа опять ранний – в 23:30. После еженедельной уборки Валерий и Сергей ушли на физкультуру, а Пегги сначала заменила кабель RED и только потом присоединилась к ним.