В.Лындин. «Новости космонавтики»

26 августа (далее цитирую официальный сайт РКК «Энергия») «экипаж пятой основной экспедиции МКС провел свой второй выход в космическое пространство. Это восьмой выход экипажей МКС из российского сегмента станции с начала ее функционирования».

Начальник летно-испытательной службы РКК «Энергия» летчик-космонавт СССР Александр Александров был более корректен. Выступая перед журналистами, он сказал:

– Сегодня совместно с экипажем Центр управления полетами проводит выход под номером восемь.

Действительно, под таким номером он значится во всей официальной документации. Но ведь она составлялась заблаговременно по номинальному плану полета, и нумерация работ в открытом космосе не учитывала нештатные ситуации, которые могут случиться, потребовав дополнительного выхода. А такая ситуация уже была в конце прошлого года, когда «Прогресс М-45» оставил уплотнительную резинку своего стыковочного узла на модуле «Звезда». Из-за этого другой грузовик – «Прогресс М1-7» не смог завершить процесс стягивания. И тогда 3 декабря Владимиру Дежурову и Михаилу Тюрину пришлось выйти в открытый космос, чтобы избавить стыковочные механизмы корабля и станции от этой помехи. Выход был внеплановым и соответственно номера он не имел. Но все-таки был! Так что 26 августа 2002 г. – девятый, а не восьмой выход в открытый космос из российского сегмента МКС.

Для пятой основной экспедиции он, как и планировалось, второй и, будем надеяться, последний. Этот выход тоже начался с задержкой, правда, всего на 27 минут.

– Я вообще должен сказать, – отметил руководитель полета Владимир Соловьев, – что эти два выхода мы провели и проводим с известными замечаниями. Правда, они характерны для таких вот весьма рискованных операций, как выход в открытый космос. В первом случае была в высшей степени досадная и обидная ошибка командира, когда остался неоткрытым баллон кислорода. А в этом, втором выходе нас стала подводить техника. Ни к командиру, ни к ЦУПу претензий нет. А вот с одним клапаном достаточно долго ковырялись, возились и в результате поняли, что он не до конца был закрыт. И вот Пегги, она просто молодец, вошла в переходный отсек, который у нас был под подозрением, и проверила все клапаны. У того, который оказался негерметичным, есть две посадочные герметизирующие плоскости, а работала только одна. Мы включили вторую – и все стало герметичным. Хотя выход можно было проводить и при той незначительной утечке (меньше миллиметра за 3–5 минут), но мы решили с точки зрения безопасности обеспечить надежную, без замечаний, работу всей техники.

Речь шла о клапане выравнивания давления между Стыковочным отсеком «Пирс», из которого выходят в открытый космос, и переходным отсеком СМ «Звезда». В положении «Электроуправление» этот клапан потихоньку «травил», а когда Пегги Уитсон по рекомендации ЦУПа перевела его в положение «закрыто», он стал герметичным.

– Мы провели несколько тестов по герметичности этого клапана в различных положениях, – рассказывает А.Александров, – и получили возможность перевести его опять в положение «Электроуправление». Сейчас все работает штатно, как и положено при выходе.

В 08:27 ДМВ (05:27 UTC) Сергей Трещев – он на этот раз выходил с Корзуном – открыл выходной люк отсека «Пирс». Не сразу новичок освоился с необычными условиями.

– Сергей, займи вертикальную позицию, – подсказывает ему командир.

– А я какую? – недоумевает бортинженер.

– Развернись лицом к люку, ноги вниз опусти, – объясняет Корзун.

– Солнышко прямо в люк светит, – отмечает Трещев.

– Так и должно быть, – констатирует ЦУП.

Начали работу космонавты не спеша, без суеты. Валерий Корзун, уже имеющий опыт в этих делах, помогал товарищу в его первых шагах по внешней поверхности станции.

– Там, Сережа, чашка круглой антенны. Осторожнее возле нее. Сейчас будет темнеть, включишь свет.

Сначала командир достаточно подробно комментировал свои действия. Потом, со временем слов стало меньше, а вот темп работы возрос. И Трещев уже, казалось, забыл, что он впервые в открытом космосе. Как заметил А.П.Александров, экипаж уже практически в графике, за исключением тех 27 минут, которые потратили на ликвидацию утечки.

В этом выходе космонавты не пользовались грузовой стрелой, а передвигались по поручням. Сначала они пошли на ФГБ «Заря». Установили здесь площадки фиксации для будущих работ и направляющие проводки – специальные кольца, через которые будут пропускать страховочный трос; его использование предусматривается в последующих выходах для перемещения космонавтов.

После этого Корзун и Трещев вернулись обратно на СО1 и включили видеокомплекс «Глиссер», направив его на японскую научную аппаратуру MPAC&SEED. Эта аппаратура предназначена для изучения микрометеоритной обстановки на орбите МКС и получения экспериментальных данных о воздействии факторов космического пространства на образцы материалов и покрытий, которые японские специалисты планируют использовать при создании своих КА. Три панели аппаратуры MPAC&SEED были установлены на модуле «Звезда» Владимиром Дежуровым и Михаилом Тюриным 15 октября прошлого года. По условиям эксперимента Валерий Корзун и Сергей Трещев сняли панель №1, чтобы вернуть ее на Землю, на освободившееся место переставили панель №2 и сдвинули панель №3 на новое штатное место.

Дальнейший маршрут космонавтов лежал к агрегатному отсеку «Звезды». Здесь они заменили аппаратуру «Кромка», что не успели сделать в предыдущем выходе, и на самом конце модуля установили две антенны радиолюбительской связи – WA1 и WA2. До этого были некоторые сомнения, хватит ли времени на установку обеих антенн, ведь на каждую требуется около получаса, но управились. И это несмотря на то, что осмотр конденсаторного датчика системы микрометеоритного контроля, запланированный на конец выхода, космонавты выполнили еще до «Кромки».

Когда ЦУП аккуратно заметил, что начинается дефицит времени, все работы были уже сделаны.

– Вибраторы развернуты, – доложил Трещев. – Я двигаюсь к укладке.

– Сережа, когда придешь к укладке, – напомнил ЦУП, – приготовь полотенца. В обязательном порядке надо протереть перчатки. После этого полотенца – против вектора скорости… И домой.

Пожалуй, впервые за два выхода Корзун позволил себе немного отвлечься и посмотреть на Землю:

– Аральское море… Прямо под нами.

Затем опять трудовые будни и деловой доклад:

– Укладки заведены. Мы все зашли. Ждем команды на закрытие люка.

На этот раз выходной люк был закрыт в 13:48 ДМВ (10:48 UTC). Соответственно длительность выхода – 5 часов 21 минута.

Несмотря на то что космонавты начали выход с опозданием, они сумели не только наверстать упущенное, но даже вышли вперед, опередив первоначальный график на 36 минут. Напомним, что один из них был новичком в открытом космосе.

В.Истомин

Люк закрыли в 10:48 с опережением графика на 12 минут. Обратное шлюзование прошло без замечаний. После снятия скафандров – измерение массы тела и биохимический анализ мочи, затем заворачивание планшета «Кромка» в дополнительные защитные пакеты, чтобы исключить попадание в атмосферу станции паров диметигидразина. Пегги в это время монтировала воздуховод в СО1, восстанавливала привычную схему ведения связи.

После ужина уже в спокойном режиме все трое возвращали станцию в исходное состояние. Перед сном Валерий разобрал видеокомплекс «Глиссер». Экипаж отправился спать в 16 часов.

ЦУП-Х восстановил давление в станции до 750 мм наддувом азота, отключил мобильную базу и манипулятор, через которые велась съемка, и в 14:32 перевел комплекс из орбитальной ориентации в инерциальную XPOP. Произошло это при угле b =-41°.

В день выхода на АС имел место сбой канала Ku-band во время передачи информации, после чего отказал управляющий компьютер MDM PL1. После отбоя передачи PL1 вышел в режим диагностики, а его управляющие функции принял на себя компьютер PL2.

27 августа. 84 сутки. Валерию и Сергею в этот день дали поспать до 03:30, но не позволили как следует отдохнуть: необходимо было сбросить «картинку» по выходу с «Глиссера» и завершить работы с японской панелью MPAC&SEED. Разборка панели проходила при видеосъемке японской же камерой высокой четкости HDTV, и только когда панель размещали в спускаемый аппарат «Союза ТМ-34», пришлось воспользоваться камерой LIV, так как у HDTV не хватило длины кабеля питания.

Естественно не обошлось и без эксперимента PuFF (Корзун). Кроме подготовки и заключительных операций с оборудованием GasMap, Пегги сделала эксперимент «Взаимодействие» и приняла участие в испытаниях системы четырехсторонней (космонавт – постановщик эксперимента – ЦУП-Х – Центр ПН в Хантсвилле) голосовой связи IVoDS через Интернет. Завершился день уже в обычное время, в 21:30.

28 августа. 85 сутки. Экипаж встал в 06:00, как обычно. Рабочий день начался с теста ручек РУО и РУД двух комплектов ТОРУ. Его проводили, естественно, российские космонавты. А Пегги в это время в оранжерее ADVASC выполнила отбор проб питательной и газовой сред и проб конденсата.

После обеда Валерий и Сергей провели дозаправку водяных баков скафандров и их сушку. ЦУП-М весь день (точнее, 9.5 час) дозаправлял топливные баки СМ, перекачав в них 100 кг топлива.

В 14:30 Пегги и Валерий провели для NASA TV-экскурсию по научной аппаратуре Лабораторного модуля – Уитсон рассказала про PuFF, Renal Stone, MSG, SUBSA, EVARM, CEO и показала, как легко откидываются стойки с аппаратурой, а Корзун все это снимал.

Затем командир крутил педали велотренажера и общался с постановщиками эксперимента «Диатомея» – пообещал им поискать биопродуктивные районы океана вблизи нашего исследовательского судна. В конце дня Валерий и Сергей провели по сеансу эксперимента «Взаимодействие», а Пегги отбирала пробы воды для микробиологического исследования.

В свободное время Уитсон по присланной программе очистила рабочий объем MSG от следов неудачного эксперимента. Выбор у нее, впрочем, был невелик – делать это 28 августа вместо отдыха или 30 августа в плановом порядке.

Валерий попросил ЦУП-М сообщить ему план по удалению расходуемых элементов скафандров, а сам в свою очередь рассказал, что на СКВ2 обнаружена влага в объеме 50–70 мм, которую он удалил.

Один раз «взбрыкнул» «Электрон» – дело уже привычное.

Достигнуто соглашение по протекшей емкости для воды CWC №5087. Экипажу дано задание упаковать ее в три пакета и временно уложить в АС.

Валерий на связи с радиолюбителями. А вот и позывной!

29 августа. 86 сутки. У экипажа день отдыха. Утром Валерий и Сергей провели два 15-минутных сеанса радиолюбительской связи со школьниками Курска. Пегги общаться не пришлось – она записывала поздравление к 150-летию Американского общества инженеров-строителей, которое будет отмечаться аж 15 ноября.

В 05:45 опять не включился второй компрессор системы дозаправки для перекачки окислителя, а в 11:04 пропал 3-й канал ЦВМ в Служебном модуле. В работе осталось два.

30 августа. 87 сутки. ЦУП-М устранил ошибку в математике и успешно перекачал окислитель. Первая секция баков заправлена полностью – 272 кг.

Валерий и Сергей выполнили заключительные операции после ВКД: демонтировали БНП из СО1, привели СО1 в исходное состояние, уложили инструмент и другое вспомогательное оборудование на хранение. Затем они занялись работой на будущее: искали оборудование для реконфигурации компьютерной сети БВС и даже все нашли.

ЦУП-М, пытаясь найти причину появления влаги на СКВ2, попросил проверить правильность установки вентилятора ВВ2, обслуживающего блок СКВ. Осмотрев его, Сергей подтвердил, что вентилятор установлен правильно: воздух идет через пылесборники, далее через вентилятор к СКВ2.

Пегги с утра занималась в модуле Quest разрядкой батарей американских скафандров (опять через работу вентилятора), а затем выполнила микробиологический анализ воды, взятый двумя днями ранее, и результаты загрузила в компьютер MEC. Туда же она занесла данные по физическим тренировкам, а завершила день установкой батарей скафандров на зарядку.

В конце дня с экипажем переговорил руководитель полета российского сегмента МКС Владимир Соловьев. Однократно, по отказу насосов, выключался «Электрон».

31 августа. 88 сутки. У экипажа день отдыха и уборка. В «Прогресс М-46» было перекачано пятнадцать 20-литровых емкостей с уриной: семь в первый бак и восемь во второй. В ЦУП-М поступил вопрос с борта: а сколько можно закачать в «Прогресс» еще?

Валерий Корзун провел регулярное обслуживание систем СЖО, а Пегги Уитсон проверила состояние автономно работающей аппаратуры в LAB'е и закончила замену дефектного датчика дыма в стойке Express №2, начатую накануне. При этом американка умудрилась оторвать шлейф заземления стойки, и ее пока нельзя включить.

По просьбе ЦУП-М Сергей Трещев перегнал файл со снимками Nikon'а в лэптоп №3, откуда его попытаются скачать через «Регул-пакет».

ЦУП-Х разрешил проведение четырех очередных экспериментов на установке SUBSA. По американской программе CEO были отсняты Берлин, восточная часть Средиземного моря, Ангола, ледники Чили.