Правый хвост
длиннее левого…
Или полет STS-112
И.Лисов. «Новости космонавтики»
7 октября 2002 г.
в 19:45:51 UTC (15:45:51 EDT) со стартового комплекса LC-39B Космического центра имени Кеннеди был выполнен очередной (111-й) запуск Космической транспортной системы с кораблем «Атлантис». В экипаж шаттла вошли командир Джеффри Эшби, пилот Памела Мелрой, специалисты полета Дэвид Вулф, Сандра Магнус, Пирс Селлерс и российский космонавт-испытатель Федор Юрчихин.
Основной задачей полета была доставка на МКС секции S1 основной фермы, а также различных грузов.
В графике сборки МКС этот полет имел обозначение 9A, в графике полетов шаттлов – STS-112.
Металл устал…
«Атлантис» вернулся из своего 25-го полета 19 апреля и должен был стартовать вновь 22 августа; перед ним, 19 июля, планировалось запустить в автономный исследовательский полет «Колумбию». До середины июня подготовка кораблей проходила без неожиданностей. С «Атлантиса» сняли основные двигатели (29–30 апреля), заменили иллюминаторы №2 и №8 (20–23 мая), сняли правый блок двигателей системы орбитального маневрирования OMS (23 мая) и 2-ю батарею топливных элементов (13 июня).
17 июня была обнаружена первая микротрещина в ламинизаторе потока в трубопроводе горючего основной ДУ «Атлантиса», ведущем к двигателю №1. На следующий день – еще две. В течение месяца такие трещины в металле были найдены на всех четырех орбитальных ступенях (НК №9, 2002), что привело к полному пересмотру графика полетов. Запуск «Атлантиса» отложили до 28 сентября. Старт «Колумбии», которую уже было собрались стыковать с баком и ускорителями, перенесли на 29 ноября, а в конце августа – и вовсе на 16 января 2003 г.
За время расследования на «Атлантис» установили правый блок OMS. Решение о способе ремонта (заваривание трещин и полировка краев отверстий) было принято 2 августа, и уже через 9 суток трещины в трубопроводах «Атлантиса» были заварены, а к 19 августа на корабль установили три основных двигателя.
Однако к этому моменту металл нанес следующий удар – на сей раз в гусеничном транспортере №2, на котором предполагалось вывезти «Атлантис» на старт. С целью удаления старой смазки были сняты два из 16 гидроцилиндров, служащих для подъема и выравнивания верхней поверхности транспортера, и 9 августа было обнаружено, что три из четырех опорных сферических подшипников покрыты трещинами, причем для двух из них размер повреждений был назван «сильным» (extensive)!
|
Транспортер шаттла
|
|
Два транспортера CT (Crawler Transporter) были изготовлены почти 40 лет назад для вывоза на старт носителя Saturn 5. Фирма Marion Power and Shovel Co. спроектировала их на базе большого карьерного экскаватора, и первый из двух транспортеров был введен в строй в январе 1966 г. В 1976 г. они были дооборудованы для использования в системе Space Shuttle. За 37 лет эксплуатации транспортеры вывезли на старт 17 носителей Saturn 5 и Saturn 1B (не считая примерочных изделий) и более 120 раз – шаттлы, покрыв расстояние порядка 4000 км.
Транспортер представляет собой массивную почти квадратную платформу (длина 39.9 м, ширина 34.4 м), каждый из четырех углов которой опирается на собственное гусеничное шасси. Каждая опора состоит из четырех «ног» – гидроцилиндров JEL (Jacking, Equalization and Leveling). Гидроцилиндр – это по существу очень большой домкрат с диаметром плунжера 508 мм и рабочим ходом 2007 мм. Когда мобильную стартовую платформу MLP с собранным на ней шаттлом (т.е. связкой «бак – ускорители – орбитальная ступень») нужно вывезти из Здания сборки системы VAB на старт, транспортер подъезжает под MLP и поднимает ее за счет выдвижения плунжеров.
16 электродвигателей по 375 л.с. каждый, питаемые от четырех 1000-киловаттных дизель-генераторов, приводят в движение четыре гигантские гусеницы, состоящие из 57 траков по тонне каждый. Конструкция суммарной массой около 7500 тонн (в т.ч. незаправленный шаттл – 1300 тонн и платформа MLP – 4000 тонн) движется со скоростью до 1.6 км/ч.
Носитель, будь то Saturn 5 или Space Shuttle, должен перемещаться в вертикальном положении с отклонением не более 10'. Если вспомнить про неровности дороги и про уклон в 5% на въезде на стартовый комплекс, становится ясной вторая функция цилиндров JEL – стабилизация верхней поверхности транспортера, платформы MLP и системы в целом.
Гидроцилиндры опираются сверху и снизу на сферические подшипники, что позволяет опорам несколько смещаться друг относительно друга.
Все 16 гидроцилиндров и 32 подшипника на каждом из двух транспортеров были установлены в момент сборки, в течение 37 лет не заменялись и лишь периодически смазывались. |
Дополнительные исследования затянулись до 22 августа, причем результаты назывались все время разные. 12 августа пресс-служба Центра Кеннеди объявила, что при исследовании подшипников CT-2 с помощью вихревых токов из 32 подшипников 15 оказались с трещинами. Аналогичное обследование другого транспортера выявило 13 (по другим данным, 19) подшипников с трещинами. В наличии было всего 8 или 9 запасных подшипников, что не позволяло отремонтировать даже один транспортер, не позаимствовав часть подшипников с другого.
22 августа было объявлено, что запуск отложен до 2 октября для ремонта транспортера. Ремонт был начат 21 августа. С CT-2 сняли восемь гидроцилиндров из 16 для более тщательного обследования, и почему-то было объявлено, что 25 из 32 подшипников годны к дальнейшему использованию, а остальные будут изготовлены заново и поставлены в самом начале сентября. Из CT-2 были последовательно извлечены все 16 гидроцилиндров, и в 12 из них подшипники были заменены к 29 августа. Первый отремонтированный изготовителем подшипник прибыл из Торрингтона 28 августа. Наконец, к 3 сентября все замены были закончены.
 |
Сферический подшипник,
или все, что от него осталось.
|
Эти сообщения, однако, не давали общей картины: что пришлось заменить, сколько было использовано старых подшипников, сколько новых. Ответ на эти вопросы удалось найти в докладе Джона Сиполетти (John Cipolletti), сделанном 3 сентября и обнаруженном в сети Интернет. Всего в процессе разборки на CT-2 было найдено 13 треснутых подшипников, 3 верхних и 10 нижних. Один из них – нижний подшипник в гидроцилиндре №2 оказался не просто полностью дефектным, а был полностью разрушен.
При ремонте цилиндры №2, 3 и 15 были заменены запасными. Новые подшипники (запасные, отремонтированные или вновь изготовленные) были установлены: внизу – в цилиндрах №1, 4, 5, 7, 8, 12, 16; вверху – в цилиндрах №4 и 8.
Расследование показало, что вероятной причиной разрушения подшипников стала неправильная установка или непреднамеренное смещение внешней обоймы подшипника, что уменьшило площадь соприкосновения подшипника и обоймы и резко увеличило нагрузки. Во всяком случае, уже на первых двух снятых гидроцилиндрах обоймы были повернуты на разные углы относительно правильного положения. На остальных картина оказалась аналогичной. По-видимому, так обоймы были установлены изначально, в 1965–1966 гг., и по крайней мере некоторые из повреждений произошли уже много лет назад.
Анализ показал два дальнейших (после физического разрушения подшипника) сценария развития аварии, приводящие к изменению картины нагрузок и прекращению углового движения гидроцилиндра в подшипниках. Хорошо, что до этого этапа ни один из двух транспортеров не дошел – если бы серьезный отказ произошел в процессе перевозки Космической транспортной системы, ее было бы очень нелегко сдвинуть и невозможно разобрать на месте.
5–6 сентября собранный CT-2 был успешно испытан совместно с подвижной стартовой платформой. И вовремя: «Атлантис» 4 сентября был доставлен из Корпуса подготовки орбитальных ступеней OPF в Здание сборки системы VAB, где в последующие дни был соединен с внешним баком и ускорителями.
10 сентября с 02:27 до 09:38 Космическая транспортная система была вывезена на стартовый комплекс LC-39B. Мобильный транспортер CT-2 отработал безукоризненно, и сотрудники Центра Кеннеди и компании United Space Alliance взялись за ремонт транспортера CT-1.
Подготовка «Атлантиса» на старте прошла с единственным замечанием: в OPF манипулятор шаттла RMS был не совсем правильно установлен на «механизм позиционирования манипулятора» MPM, и пришлось делать подгонку. Полезный груз был установлен в грузовой отсек в середине сентября.
 |
Экипаж STS-112: С.Магнус, Д.Вулф, П.Мелрой, Дж.Эшби,
П.Селлерс и Ф.Юрчихин.
|
Запуск
17 сентября после окончания смотра летной готовности была официально подтверждена предварительная дата старта – 2 октября между 14:00 и 18:00 восточного летнего времени EDT (18:00–22:00 UTC). Работа велась по графику вплоть до вечера 1 октября. Уже шел предстартовый отсчет, момент начала которого «по соображениям безопасности» не назвали даже задним числом, уже экипаж два дня находился на космодроме, уже нужно было опубликовать точное время старта – а вместо этого объявили, что старт отложен по меньшей мере на сутки. Виновником был ураган Лили, который сформировался над Мексиканским заливом и угрожал Хьюстону.
Собственно, метеорологические модели разошлись в своей оценке: большинство говорило, что Лили двинется на север и утром 4 октября обрушится на Луизиану, а одна, «обычно весьма надежная», утверждала, что ураган пойдет западнее и ближе к Хьюстону, ветры в его окрестности могут превысить 26 м/с и потребуется вывести из работы и обесточить Центр управления полетом. Такое решение было принято, и вечером 1 октября началось отключение компьютеров и другой аппаратуры.
Запуск и полет шаттла без поддержки ЦУП-Х был невозможен, а потому утром 2 октября он был отложен на 7 октября. Экипаж остался ждать старта во Флориде. Из орбитальной ступени пришлось слить жидкий кислород и жидкий водород, на которых работают топливные элементы бортовой электросистемы.
Предосторожности оказались напрасными: 3 октября Лили вышел на берег значительно восточнее Хьюстона. 5 октября ЦУП-Х был введен в рабочий режим и отработал имитацию запуска. Поэтому 6 октября во Флориде с отметки T-30 час возобновился предстартовый отсчет. Было объявлено расчетное время пуска – 7 октября в 15:45:51 EDT (19:45:51 UTC) – точно в середине стартового окна с 15:40:51 до 15:50:50 EDT.
|
Мы ведем нашу передачу…
|
|
Камера, подготовленная компанией CrossLink Inc. из Боулдера (штат Колорадо), была установлена на кабельном коллекторе, ведущем к баку жидкого кислорода, в специальном алюминиевом боксе с теплоизоляцией, и смотрела в сторону правого ускорителя. Аккумуляторы для ее работы и передатчик разместили в межбаковом пространстве. Ранее подобные камеры размещались на одноразовых носителях семейств Delta и Atlas.
По плану камера должна была работать 15 мин до запуска и 15 мин после запуска. В момент отделения ускорителей через 2 мин 10 сек после старта объектив камеры запотел, так что остаток пути до орбиты был виден «в тумане», а разделение внешнего бака и орбитальной ступени лишь угадывалось. |
Две проблемы могли повлечь дальнейшую отсрочку пуска. Во-первых, утром 6 октября после повторной заправки баков электросистемы кислородом и водородом была обнаружена неправильная работа нагревателя в трубопроводе, по которому может сбрасываться за борт вырабатываемая топливными элементами вода. Вместо нормальных 77°C вблизи нагревателя было от 110° до 121°C. Удаление этой воды жизненно необходимо: если оно прекратится, резко упадет выработка электроэнергии и ее может даже не хватить для аварийной посадки. Контроллер нагревателя находился под полом грузового отсека, и для его замены потребовалось бы несколько суток. Однако ночью стартовому расчету удалось перевести нагреватель в нормальный режим работы с использованием одного исправного канала контроллера из двух. Учитывая, что помимо слива воды за борт шаттл имеет еще два пути избавиться от нее, было решено лететь «как есть».
Во-вторых, за 2.5 часа до запуска на стартовый комплекс была направлена группа специалистов, которые заменили исправными два предохранителя запасного источника питания насоса рециркуляции жидкого водорода.
Запуск 7 октября состоялся точно в объявленный срок, и примерно через 9 мин «Атлантис» вышел на промежуточную орбиту с перигеем 58 и апогеем 227 км. Во время этого запуска впервые в истории программы Space Shuttle на внешнем баке была установлена телекамера, транслировавшая изображение во время выведения.
В 20:28 UTC (здесь и далее – Всемирное время) Эшби и Мелрой включили на 63 сек двигатели системы OMS и выполнили маневр довыведения OMS-2. Корабль вышел на устойчивую, хотя и очень низкую орбиту с параметрами:
- наклонение – 51.634°;
- минимальная высота – 157.5 км;
- максимальная высота – 234.1 км;
- период обращения – 88.334 мин.
В каталоге Стратегического командования США (в состав которого с 1 октября было включено Космическое командование США) «Атлантис» получил номер
27537 и международное обозначение 2002-047A.
Открыв через виток после старта створки грузового отсека и получив разрешение ЦУП-Х на продолжение полета, экипаж остаток дня работал с системами «Атлантиса» – настраивал нужные на работу на орбите, отключал ненужные. В 23:21 Эшби и Мелрой выполнили первую коррекцию орбиты – подняли ее до 214.1x235.6 км, а с 01:46 UTC астронавты отдыхали.
Второй рабочий день на «Атлантисе» начался в 09:46 с песни «Venus and Mars» Пола Маккартни и группы Wings – приветствия Дэвиду Вулфу от его жены Тэмми.
В этот день Вулф и Пирс Селлерс, которым предстояли три выхода в открытый космос, готовили и проверяли свои скафандры, а Пэм Мелрой им помогала. Тем временем Джефф Эшби и Сэнди Магнус подали питание на манипулятор RMS, проверили его и осмотрели грузовой отсек и секцию S1. Экипаж установил осевую камеру для контроля стыковки, проверил стыковочный механизм и выдвинул его кольцо – это означало, что «Атлантис» будет выполнять при стыковке активную роль. Все по плану, все как обычно.
В 19:53 Джефф и Памела провели вторую, небольшую, коррекцию – маневр фазирования, поднявший орбиту до 225.7x
235.1 км. (В 3-м полетном сообщении говорилось о трех успешных коррекциях двигателями OMS, но по орбитальным элементам уверенно «читались» ровно две.)
Дэвид Вулф с трудом и при активной помощи ЦУП-Х настроил аппаратуру SHIMMER и подготовил ее к измерениям.
На этот раз экипаж отправили отдыхать в 23:46, на 2 часа раньше, чем накануне. Перед сном Сандра и Пирс показали видеозапись, сделанную во время выведения на орбиту, и подробно ее прокомментировали. Между прочим, Магнус специально отметила момент подъема на 50 миль, «когда мы стали официальными астронавтами. Мы посмотрели друг на друга и сказали «Ух!»… И мы закричали вниз, чтобы Федор тоже знал…».
|
|
|
После запуска на старт всегда высылается группа осмотра, которая выявляет различные повреждения стартового оборудования – и «обычные» после запуска шаттла, и необычные. После ее возвращения пресс-служба Центра Кеннеди, как правило, включает в свое очередное сообщение фразу: «На старте необычных повреждений не обнаружено». На этот раз ее не было, хотя и разрушений в прямом смысле слова не было тоже.
Лишь 21 октября, после возвращения «Атлантиса», стало известно, что во время запуска не был подорван один из двух комплектов пирозарядов, освобождающих болты крепления системы на старте и отстреливающих коммуникации, связывающие старт с внешним баком. (Их для того и сделано два, чтобы с гарантией сработал хотя бы один. Однако несрабатывание хотя бы одного комплекта – это серьезное ЧП, требующее выяснения и устранения причин. Если при очередном запуске не сработают оба комплекта, произойдет катастрофа – либо суммарной тягой в 3500 тонн оторвет часть подвижной стартовой платформы, либо изделие останется на старте и просто сгорит.)
Причина неподрыва могла быть как в наземном оборудовании, так и на борту «Атлантиса» – в главном контроллере MEC. Это можно было проверить только после возвращения шаттла на Землю. Видимо, поэтому и тянули с объявлением о чрезвычайном происшествии. |
Стыковка
9 октября ЦУП-Х поднял экипаж «Атлантиса» в 07:46 песней Тины Тёрнер «The Best» – это был привет командиру Джеффу Эшби от его жены Пейдж.
С 10:06 астронавты работали по «стыковочному» графику. За двое суток «Атлантис» сделал на виток больше, чем станция, и быстро приближался к ней сзади. Первый подъем орбиты до 234.7x378.6 км был сделан примерно в 10:38, второй – до 364.3x388.0 – полвитка спустя, в 11:33. Эти два маневра позволили «Атлантису» выйти еще через виток в точку начала перехвата – как всегда, она находилась в 8 морских милях позади орбитального комплекса. В 13:04 Эшби и Мелрой коротким включением левого двигателя OMS начали перехват, рассчитывая состыковаться в 15:24. В 13:56 экипажи вступили в радиоконтакт, после чего станция приняла стыковочную ориентацию.
В 14:33 корабль вышел в точку в 180 м ниже станции. Джефф Эшби взял теперь управление на себя и сделал облет, выйдя на вектор скорости в 150 м от комплекса. Получив разрешение ЦУП-Х, командир «Атлантиса» выполнил подход, и досрочно, в 15:16:15 UTC (10:16:15 CDT, 18:16:15 ДМВ), произошло касание элементов стыковочных устройств ODS на внешней шлюзовой камере шаттла и на гермоадаптере PMA-2 станции. (Как было потом установлено, Эшби действительно поторопился и скорость соприкосновения объектов оказалась почти вдвое выше расчетной.)
Чуть позже 16:00, после стягивания объектов, управление ориентацией связки взял на себя американский сегмент (АС). В это время на станции не слышали экипаж шаттла на канале A внутренней системы связи, но эта неполадка не помешала закончить проверку герметичности стыка (Трещев) и анализ газового состава (Корзун). В 16:51, на 45 минут раньше графика, были открыты люки, и экипаж «Атлантиса» перешел в станцию.
Валерий Корзун, Пегги Уитсон и Сергей Трещев встретили своих первых за 4 месяца гостей в Лабораторном модуле. Если бы полет проходил по первоначальному плану, в эти дни должна уже была прибыть смена – но старты шаттлов задержались, и жить еще «Фрегатам» на станции минимум месяц. А потому все, что привезла экспедиция посещения, пойдет в дело – и апельсины, и яблоки, и ореховый пирог.
Но пирог пирогом, а программа программой. По плану уже завтра первый выход, и нужно все подготовить. Поэтому, когда были смонтированы воздуховоды, а командир станции напомнил прибывшим о мерах безопасности и показал маршрут эвакуации, сразу пять человек взялись за подготовку и подгонку скафандров: Корзун от экипажа станции, Вулф, Селлерс, Мелрой и Юрчихин – от гостей.
Сэнди Магнус и Пегги Уитсон подключили дисплеи к двум рабочим станциям манипулятора SSRMS и прорепетировали предстоящую работу. Эшби по возможности помогал им и следил за системами корабля, а Трещев – за системами станции. Наконец, перед сном (23:46) все вместе обсудили порядок работ во время выхода.
 |
Секция S1 по дороге на свое штатное
место.
|
Монтаж фермы продолжается
Главной задачей на 10 октября был монтаж секции S1 основной фермы станции – стыковка ее к секции S0, доставленной в апреле экипажем STS-108.
Рабочий день на шаттле и на станции начался в 08:16. Выходящими астронавтами были Дэвид Вулф (на его счету – выход с орбитального комплекса «Мир» с Анатолием Соловьевым 14–15 января 1998 г.) и новичок Пирс Селлерс, их дублером – Валерий Корзун. Выход координировали и обеспечивали Мелрой и Юрчихин, за манипулятором станции сидели Уитсон и Магнус. Эшби работал на манипуляторе «Атлантиса» и вел видеосъемку.
В 10:35 Уитсон захватила секцию S1 манипулятором и в 10:47 подняла из грузового отсека «Атлантиса», затем медленно пронесла над правым крылом орбитальной ступени, развернула правильным образом и к 13:22 подвела к S0. В 13:36 по команде с одного из бортовых компьютеров станции был задействован крюк активного стыковочного узла на S0, который плотно притянул соответствующую скобу на S1. В течение следующего часа стягивание было закончено: в автоматическом режиме были закручены 4 болта, создающие стягивающее усилие от 3600 до 7200 кгс каждый. Две секции фермы оказались соединены «намертво».
Тем временем Вулф и Селлерс отработали протокол удаления азота из крови (интенсивные физические упражнения при дыхании через кислородную маску с поступлением кислорода от «Атлантиса» по специальному воздуховоду), надели скафандры, вошли в секцию экипажа ШО Quest, начали сброс давления и проверку связи. Начало выхода было назначено на 14:41. Однако лишь в 15:14 давление было сброшено до нуля, примерно в 15:19 был открыт выходной люк, а в 15:21 астронавты перешли на автономное питание. Новичок Пирс Селлерс вышел за борт первым.
|
Задачи 1-го выхода:
|
|
1. Подключение шин питания и данных секции S1 к секции S0;
2. Демонтаж фиксаторов балки радиатора;
3. Развертывание антенны S-диапазона SASA;
4. Демонтаж фиксаторов тележки CETA-A;
5. Установка первой «группы внешних телекамер» ETVCG.
Расчетная продолжительность – 6 час 30 мин. |
Дэвид Вулф «разъезжал» в этот день на манипуляторе станции, а Пирс передвигался самостоятельно, и это получалось неплохо: через час после начала выхода Пирс уже снимал первые пять фиксаторов (стартовых креплений) балки радиатора на передней плоскости вблизи стыка S1/S0.
Дэвид тем временем оказался у зенитного кабельного короба на S1, удалил теплоизолирующее покрытие и перестыковал семь разъемов кабелей питания и данных с S0 к ответным частям на S1. Вулф справился с заданием не без сложностей: три его кабеля спутались и ему пришлось распутывать их «на ходу». Чтобы астронавт не попал под ток, ЦУП-Х временно выключил каналы 1/4 системы электропитания станции. Когда работа была закончена, ЦУП-Х восстановил питание, смог включить нагреватели и загрузить компьютеры секции S1.
После этого Дэвид и Пирс занялись установкой антенны SASA, закрепленной до того в центральной части S1, между двумя килевыми опорами. Вулф открутил переносным электроинструментом PGT шесть болтов крепления и с помощью Селлерса взял антенну в руки. Манипулятор перенес его к месту постоянной установки SASA – на «внутреннем», ближнем к оси станции конце S1. Пирс Селлерс поспешил туда же, чтобы открыть два замка и затем перехватить антенну. Вулф посадил антенну на предназначенную для нее скобу и зафиксировал специальным установочным болтом. Затем он подключил четыре электроразъема питания и данных, ЦУП-Х подал питание на нагреватель антенны, а Селлерс снял с антенны кожух теплоизоляции, скатал и убрал.
Дэвид Вулф еще довольно долго возился с четырьмя замками привода антенны, без открытия которых наведение на спутник-ретранслятор было бы невозможным, и Селлерс поначалу один занимался тележкой CETA-A. Наконец напарник явился. Астронавты установили ручки динамического и стояночного тормоза, сняли многочисленные стартовые крепления, однако отстали от графика на 55 минут и не успели убрать все фиксаторы. (В некоторых сообщениях говорилось, что они прицепили «вагончик» CETA к «электровозу» MT – но как, спрашивается, можно было это сделать, если оставшиеся фиксаторы снимали еще в следующем выходе?)
Астронавты зато сняли еще пять фиксаторов балки радиатора. Селлерс затем вернулся к надирному коробу и к 22:00 подстыковал второй комплект кабелей, соединяющих S0 и S1. Опять-таки ЦУП-Х выключал на время этой работы каналы 2/3 СЭП станции.
Последней крупной задачей выхода была установка надирной внешней камеры ETVCG – параллельно со стыковкой кабелей. Вулф «сходил» за камерой в шлюзовой отсек и собирался ее устанавливать, но в этот момент для безопасности Селлерса пришлось временно снять питание с манипулятора. А вот при повторном включении запасной канал управления SSRMS забарахлил, – как потом выяснилось, из-за отсутствия синхронизации, и его удалось подключить не сразу. Из-за этого Дэвид был вынужден обходиться без манипулятора; тем не менее он довольно быстро притащил камеру на ее место у правой килевой опоры, установил на штангу VCSA, привернул и подключил 12 разъемов питания, данных и видеосигнала. Вот только пульс у астронавта в это время зашкаливал за 170, да еще наушники почти перестали работать. Астронавт Стэн Лав, сидевший в ЦУП-Х на связи, потом поблагодарил Вулфа и Селлерса за ударную работу от имени всех управленцев.
 |
Три дамы на борту МКС!.
|
По просьбе ЦУП-Х астронавты выполнили незапланированную операцию – раскрыли часть замков на будущем стыке секций S1/S3 – но, как выяснилось позже… ошиблись и раскрыли не те, которые требовалось!
Дэвид и Пирс вернулись в ШО Quest вне зоны радиовидимости. Как потом было установлено, они закрыли за собой люк примерно в 22:18 и начали наддув в
22:22. Длительность выхода, посчитанная по правилам NASA, составила 7 час 01 мин.
Валерий Корзун взял в этот день образцы из низкотемпературного контура СТР АС, Сергей Трещев проконтролировал ход эксперимента на оранжерее «Лада» и проредил растения (оставил в одном ряду 5 растений, в другом 6), выполнил обслуживание системы СЖО, а Пегги Уитсон получила «втык» от ЦУП-Х за то, что весь день сидела за манипулятором и не пообедала.
Из-за проблем с синхронизацией времени в ЦВМ не прошли запланированные команды на установку «Воздух», и она переключилась в автоматический режим. На АС была включена в двухканальном режиме своя установка CDRA для удаления CO2.
Ночью ЦУП-Х протестировал канал String 1 системы связи с новой антенной диапазона S и оставил его в работе до 17:15 следующего дня.
11 октября экипажам дали полдня отдохнуть. Вулф, Селлерс и Мелрой готовили скафандры и инструменты для второго выхода, а все, кто его обеспечивает, вечером обсудили план работ на завтра. Джефф Эшби и Валерий Корзун запустили перекачку азота с «Атлантиса» в баллоны ШО Quest. Сергей Трещев провел съемки Эльбруса и стекающих с него ледников по программе «Ураган». Замечена была большая пыльная буря на Аралом, ее общее направление на юго-восток.
Остальные начали переноску грузов из «Атлантиса» на станцию. В этот раз их было немного – секция S1 не оставила места для вместительного грузового модуля. Пегги перенесла на станцию аппаратуру PCG-STES 07, поместила ее в стойку Express №4 и активировала все цилиндры, а на корабль вместо нее унесла аппаратуру PCG-STES 08. (По неряшливости авторов пресс-кита к полету STS-112 в другом месте среди переносимых на шаттл грузов были названы установки с номерами 09 и 10, но следов этой работы в реальных сообщениях о полете найти не удалось.)
Уитсон также переправила на корабль набор культур клеток человеческой печени, полученных в эксперименте StelSys на клеточном биореакторе CBOSS. Для этого пришлось принести на станцию три криодьюара, загрузить в два из них четыре модуля с образцами из морозильника ARCTIC-2, а в третий – еще 15 шприцев с законсервированными культурами, и наконец – вернуть три криодьюара на «Атлантис».
Попытка запустить на биореакторе CGBA на борту «Атлантиса» эксперимент с сальмонеллой не удалась. Выяснилось, что во время задержки старта «Атлантиса» выставили флаг тренировки, да так и не сняли. В результате установка все время держала температуру +4°C, и «расколдовать» ее не удалось. Эксперимент с дрожжами был запущен и 15 октября успешно закончен.
Перенесли на станцию и семь емкостей с водой, заполненных на шаттле, – между прочим, в приоритетном списке задач полета перенос воды стоял выше всех остальных, даже выше установки секции S1!
Пегги удалось установить новый кабель заземления на стойку Express №2, и Центр ПН в Хантсвилле успешно запитал ее.
В этот день на 22222-м витке космонавты участвовали во Всероссийской переписи населения. В 15:46 трое космонавтов беседовали с российской прессой в ЦУП-М, а Дэвид, Пирс и Сандра в 18:56 вышли на связь с американскими СМИ – CBS Radio, Fox News и CNN. Наконец, был совместный обед в СМ – в два предыдущих дня времени на такую роскошь не было.
Второй выход
12 октября на витке 22237, между 10:52 и 11:52, Эшби и Мелрой выполнили первый подъем орбиты МКС с использованием двигателей системы реактивного управления шаттла. Для этого в 10:05 управление было передано шаттлу, а в 12:35 возвращено на американский сегмент. Суммарное приращение скорости составило 3.6 м/с (расчетное 3.45 м/с), что позволило поднять орбиту примерно на 6 км – точнее, с 369.4x396.2 до 377.7x400.4 км.
Второй выход Вулфа и Селлерса в открытый космос начался с переходом на автономное питание в 14:31 вместо 14:41 по плану. На этот раз астронавты поменялись местами: Селлерс работал с манипулятора, а Вулф перемещался своим ходом. Услуги дублера – на второй и третий выход эту роль отвели Пегги Уитсон – не потребовались.
|
Задачи
2-го выхода:
|
|
1. Установка 24 устройств SPD на гидроразъемах QD;
2. Стыковка гидромагистралей, ведущих к бакам аммиака на секции S1;
3. Установка телекамеры на корпусе Лабораторного модуля;
4. Снятие стартовых креплений тележки CETA-A (окончание).
Расчетная продолжительность – 6 час 30 мин. |
Итак, Селлерсу был предоставлен транспорт от порога ШО Quest до точки на левой стороне зенитной секции фермы Z1 – там, где она стыкуется с модулем LAB; Вулф же отправился на заднюю сторону стыка Z1/P6. Здесь астронавтам предстояло устанавливать устройства SPD на работающем аммиачном контуре «ранней» СТР EEATCS.
Уже к 15:00 Дэвид установил первое SPD, а еще через полчаса операция была закончена. Разработчики опасались, что эти разъемы могли уже успеть выйти из строя. Не успели, но уже «процесс пошел»… Так, Вулф смог легко нажать кнопку и расстыковать разъем F3, а из соседнего F4 пришлось сначала стравить давление. Был свой «упрямый» разъем и у Селлерса.
А к двум разъемам в контуре A радиатора секции P6 заготовленные вставки SPD не подошли вообще, причем по разгильдяйству. Астронавты не обнаружили на разъемах специальных хомутов (collar), которые устанавливались в Центре Кеннеди уже после того, как было принято решение о ремонте разъемов на орбите. Как выяснилось, именно эти два разъема оказались труднодоступными, и на них хомуты не установили – а доклад об этом где-то затерялся и не дошел до разработчиков. Соответственно устройства SPD было невозможно поставить. Правда, ЦУП-Х вышел из положения, заявив, что оба этих разъема работают нормально, а в будущем расстыковываться не будут вообще.
|
SPD для QD,
или Расплата за ошибку
|
|
В описании секции S1 упоминаются 59 разъемов гидропневмомагистралей, которые могут быть расстыкованы выходящими астронавтами для различных ремонтных работ. К примеру, потребуется заменить поврежденную микрометеоритом секцию радиатора – нужные клапаны аммиачных магистралей перекрываются, разъемы QD расстыковываются – и весь стандартный блок заменяется новым.
Всего на станции таких разъемов будет более сотни. Однако, как недавно выяснилось, спроектированы эти гидроразъемы неудачно. В каждом из них по два уплотнения, и каждое из них хоть чуточку, да протекает, хотя размер этой утечки и мал чрезвычайно. Но давление жидкости, оказавшейся между двумя уплотнениями, с нагревом может увеличиться достаточно резко. Тестирование на земле показало, что через некоторое время, после серии циклов «нагрев-охлаждение», одно из находящихся под давлением уплотнений будет выдавлено, и разъем станет… неразъемным – тех усилий, которые может приложить астронавт, уже не хватит для его расстыковки. Вот и плакала ремонтопригодность.
Когда это выяснилось, разъемы решено было сознательно «подпортить» – сделать вставку, которая блокирует движение ручки открытия-закрытия разъема в промежуточном положении и позволяет работать только одному уплотнению из двух! Эти вставки и называются SPD, что расшифровывается как Spool Positioning Device. 31 подобное устройство (24 стандартные дюймовые вставки, шесть полуторадюймовых и одна полудюймовая) должно быть установлено в полете STS-112, а остальные – в двух следующих полетах. |
Ну и «за компанию» Селлерс обнаружил на одной из панелей правого радиатора P6, на стороне, невидимой с шаттла, вмятину размером с футбольный мяч.
После этого Вулф осмотрел установленную позавчера внешнюю камеру и нашел один «срезанный» болт в механизме ее ориентации, проинспектировал плоскость стыковки будущей секции S3/S4 к S1 (вероятно, убеждался в позавчерашней ошибке) и отправился снимать оставшиеся крепления с тележки CETA-A – с ее «правосторонней» тормозной системы и с «малых» манипуляторов.
Селлерс же поехал на внутренний конец S1 подстыковывать магистрали наддува к двум аммиачным бакам сборки ATA. Здесь он последовательно снял две заглушки с магистралей ATA, перестыковал к этим разъемам «концы» от соседних азотных баков сборки NTA на внешнем конце секции S0 и установил заглушки на освободившиеся фитинги на баках азота.
Следующими операциями были установка привезенной шаттлом телекамеры ETVCG на стойку на S1, перенос стойки вместе с камерой на поверхность модуля LAB и фиксация ее болтами.
Далее Пирс и Дэвид поменялись рабочими местами. Селлерс вернулся на внутренний конец S1, к модулю клапанов радиатора RBVM-1, а Вулфа перевезли на внешний край, к такому же модулю клапанов RBVM-6. Здесь они продолжили установку SPD на разъемы, справившись с этим на 25 мин раньше графика.
Наконец, Пирс и Дэвид освободили последние три замка крепления балки радиатора. В 20:30 они закрыли за собой выходной люк и в 20:35 начали наддув отсека экипажа ШО Quest. Таким образом, второй выход продолжался 6 час 04 мин – на 26 мин меньше запланированного.
За этот день на станцию перенесли еще три емкости с водой – две для питья и одну для дозаправки скафандров.
Воспользовавшись тем, что стойка Express №2 с виброизолирующей платформой ARIS теперь исправна, Пегги взялась за эксперимент по выращиванию цеолитов ZCG: подготовила автоклавы с новыми образцами, настроила видео и включила печь, а Хантсвилл в дистанционном режиме провел ее тестирование и запустил 15-суточный эксперимент.
12 октября в 11:35-11:45 был проведен тестовый прием телеметрии с ТК «Союз ТМ-34» на мобильный измерительный пункт, развернутый РКК «Энергия» в г. Мар-дель-Плата (Аргентина) для контроля работы разгонного блока при запуске КА Integral. Сигнал получен хорошего качества. Проведены также съемки в районе сошедшего на Кавказе ледника.
13 октября началось на «Атлантисе» с «Марша авиаторов» Ю.Хайта и П.Германа – поздравления для Федора Юрчихина.
Экипаж шаттла переносил грузы и готовился к последнему выходу, а для экипажа станции главной работой была замена элементов шасси и виброзащитной подвески бегущей дорожки TVIS в СМ. В ходе пятичасовой работы Уитсон и Трещев обнаружили обрыв кабеля одного из четырех гироскопов системы виброгашения и частичное повреждение другого – пять или шесть жил из 19 были разорваны. ЦУП-Х пришлось срочно изобретать выход. Нашли: металлические части TVIS, которые могут тереться друг о друга, замотали тефлоновой и каптоновой лентой и все-таки привели тренажер в работоспособный вид.
|
|
|
12 октября в 11:00 связисты ЦУП-М, закончив ремонт аппаратуры связи в ГЗУ ФГБ, без уведомления сменного руководителя полета в ЦУП-М и ЦУП-Х провели проверки в канале SG2 в момент подготовки экипажа шаттла к ВКД, с выходом на борт. Руководитель полета в ЦУП-Х отключил от ЦУП-М американские средства связи с экипажем. После разбора ситуации и просьбы СРП ЦУП-М каналы были снова подключены. – В.И. |
Космонавты провели съемку видеокамерой HDTV Гавайских островов. Валерий Корзун осмотрел оранжерею «Лада», а Сергей Трещев демонтировал приемник АСН навигационных сигналов ГЛОНАСС/GPS и отключил его от телеметрической системы БИТС2-12. Федор Юрчихин заполнял водой емкости CWC и переносил их на станцию.
 |
Пирс и Федор – настройка на удачный
выход.
|
Перенесли на борт и биореактор PGBA, установив его на место «Астрокультуры», а камеру роста с засушенной соей переправили на «Атлантис». В PGBA в течение месяца планируется вырастить два урожая арабидопсиса – один, который посадили на Земле и который соберет Пегги Уитсон, и второй, который она посадит, а постановщики соберут после возвращения установки с «Индевором».
По командам Корзуна из «Атлантиса» в баллоны ШО Quest в течение 8 часов перекачивался кислород.
Экипаж станции передал телевизионное приветствие Европейско-Средиземноморской конференции по правам ребенка, проходящей в Марокко, по просьбе исполнительного директора марокканского телевидения Шакиба Дарусси и французского космонавта Патрика Бодри.
День был омрачен несколькими неприятностями. В 12:17 в очередной раз был зарегистрирован скачок тока в приводе вращения американской солнечной батареи канала 2B, и через 2 мин электромотор остановился. После вращения батареи на 20° назад ее удалось вернуть в нормальную работу – в режим автоматической ориентации на Солнце.
Попытка отремонтировать нагрузочное устройство RED с помощью привезенных запчастей не удалась. ЦУП-Х распорядился оставить на борту оба комплекта контейнеров RED, старый и новый, в надежде все-таки собрать исправное устройство.
Наконец, в ШО Quest предполагалось установить ось для вращения стойки AL, но нижние крепежные болты стойки отвернуть не удалось.
В 18:31 все девять человек собрались на пресс-конференцию в Лабораторном модуле. Больше всего вопросов досталось Пегги Уитсон, которая отчиталась обо всем: и что она любит и не любит есть после четырех месяцев полета, и как замечательно стриг ее командир, и что Сэнди тоже хочет попробовать, и как она рада электронной почте из дома… В общем, «здесь нет моего мужа, но сейчас мой дом здесь».
На 20:16 планировалось развертывание средней секции радиатора на ферме S1 на полную ее длину – 22 метра – для проверки правильности соединений. По командам экипажа сработали шесть пирозарядов, фиксировавших панели секции. Однако восьмиминутный процесс развертывания был прерван в самом начале из-за того, что потребляемый ток был выше ожидаемого. Пока выяснили, что защита по току была ошибочно выставлена на слишком низкое значение, станция подошла к тени и к концу зоны связи. Развертывание решили отложить на следующее утро, чтобы ЦУП-Х мог видеть его в прямом эфире и чтобы не нарушать режим труда и отдыха на борту.
А вот поворот балки радиатора на 90° относительно стартового положения был выполнен. Правда, мотор TRRJ дважды отключался при работе на 1-м канале управления и один раз – на 2-м. ЦУП-Х заблокировал программную защиту, и после этого узел был успешно доведен до отметки 113.6° на 1-м канале и до 114.9° на 2-м канале, а затем возвращен в нулевое положение.
Третий выход
Первой работой 14 октября было развертывание центральной секции радиатора. Началось оно в 08:01 вместо 07:52 по плану, но прошло без замечаний за 9 минут; фотосъемку этого события вел Федор Юрчихин. Экипаж «Атлантиса» отметил это событие собственным поздравлением Хьюстону: с борта проиграли музыку из фильма «Mission Impossible» и «Хор Аллилуйя» Генделя. Капком Боб Тирск подтвердил, что подарок очень понравился.
|
Задачи
3-го выхода:
|
|
1. Восстановление работоспособности блока разъемов IUA мобильного транспортера;
2. Установка перемычек между аммиачными контурами S0 и S1;
3. Удаление опорных кронштейнов S1;
4. Установка шести последних SPD.
Расчетная продолжительность – 6 час 30 мин. |
Между 09:30 и 12:30 шаттл взял управление на себя, и на витке 22267 в 11:20:51 пилоты «Атлантиса» начали второй подъем орбиты комплекса. Двигатели корабля работали в импульсном режиме 35 мин и дали 2.12 м/с, что позволило с высоты 376.2x 400.7 км подняться до 377.0x407.0 км.
Этот подъем частично выполнял задачи фазирования орбиты для планировавшегося на 28 октября запуска «Союза ТМА-1». Третий подъем планировался на 16 октября с приращением скорости 5.38 м/с и подъемом еще на 9.2 км, но был отменен, так как после него у «Атлантиса» не хватило бы топлива на облет станции.
ЦУП-Х включил аппаратуру MAMS для регистрации микроускорений во время выхода и в день расстыковки.
Третий выход Вулфа и Селлерса начался в 14:11 вместо 14:41 по графику и был закончен в 20:47, т.е. продолжался 6 час 36 мин.
Сначала астронавты пришли к мобильному транспортеру MT. Их предшественники Джерри Росс и Ли Морин 13 апреля не смогли удалить болт транспортного крепления №3 блока разъемов IUA, с помощью которых к транспортеру стыкуются «ленты» кабеля с шинами питания и данных. В лучшем случае Вулфу и Селлерсу предстояло, используя специальный инструмент, крутануть застрявший болт со значительно большим усилием, чем это пытались сделать Росс и Морин, а 11 июня – Чанг-Диас и Перрен. В худшем – предстояло полтора часа тщательной работы по отстыковке кабеля от IUA и IUA от транспортера, замене этого устройства на привезенный «Атлантисом» и принесенный к месту работы исправный экземпляр и сборке в обратном порядке – работы, которую сами астронавты считали наиболее сложной за все три выхода.
В реальности астронавтам выпал более легкий вариант: болт удалось вывернуть за каких-то 25 минут и замена не потребовалась. Новый блок разъемов IUA пришлось вернуть в ШО Quest.
К 15:20 Дэвид и Пирс уже перебрались к стыку S0/S1 и занялись разъемами магистралей аммиака. Они перестыковали два гидроразъема с S0 на S1 и установили по два SPD с каждой стороны. Одно из этих устройств доставило много хлопот и отняло лишние полчаса, но Вулф и Селлерс сумели с ним справиться.
Защитив места работ крышками и теплоизоляцией, астронавты взялись за стартовые крепления секции S1 – два больших кронштейна типа Drag Link и две килевые цапфы. К 18:50 они зафиксировали те и другие на S1 в таком положении, чтобы опоры не мешали проезду MT по рельсам.
Что сделали астронавты в оставшиеся 2 часа, достоверно неизвестно. План полета предусматривал установку специальных полуторадюймовых SPD на разъемы вблизи узла вращения TRRJ и разблокировку этого узла, проверку работоспособности стыковочной системы SSAS на правом конце S1 и изменение конфигурации блока SFU – блока управления пирозарядами расчековки секций радиатора. Первая и третья задача, очевидно, не могли быть выполнены в этом выходе, так как радиатор испытали на поворот и на развертывание еще до него.
По официальному сообщению ЦУП-Х, Вулф и Селлерс справились с уборкой стартовых креплений досрочно и потому получили дополнительную задачу – установку SPD на модуле насосов. Но и это не похоже на правду, так как в полете STS-113 астронавты Лопес-Алегриа и Херрингтон должны установить одинаковое количество SPD (три полуторадюймовых и один полудюймовый) на оба модуля насосов – и на секции S1, и на секции P1.
Это был 46-й успешный выход в открытый космос в рамках программы МКС; 25 выходов было выполнено из шлюзовых камер шаттлов, один – из ПхО СМ «Звезда», 12 – из ШО Quest и 8 – из СО «Пирс». Правда, в трех случаях разгерметизация производилась дважды в течение одного выхода, но этого официальная статистика не учитывает. «Официальная» суммарная продолжительность выходов – 285 час 25 мин – также не учитывает, что сами длительности определялись по разным правилам для российского сегмента и для американского.
Трещев и Уитсон протестировали в этот день бегущую дорожку TVIS, а Корзун и Трещев заполнили опросник «Взаимодействие». Еще три емкости CWC были перенесены на станцию, и их количество достигло 14.
По коммерческому контракту с NASDA была выполнена съемка Австралии камерой HDTV, установленной на поручне у иллюминатора №7 СМ. Съемка станицы Вешенской не получилась – сплошная облачность.
Российская установка удаления CO2 «Воздух» была выключена около 10:00 для проверки эффективности американской CDRA. Эксперимент был рассчитан на 48 часов. В первые сутки CDRA успешно справлялась с задачей, даже с учетом проводимой в ШО Quest регенерации патронов MetOx.
15 октября экипажам «Атлантиса» и станции было предоставлено 4 часа отдыха – не считая, естественно, регулярных физических упражнений.
Во 2-й половине дня Эшби и Уитсон, надев по такому поводу воздушные маски, заменили сепаратор влаги системы кондиционирования CCAA в модуле Quest на новый, доставленный «Атлантисом». В старом сепараторе засорился фильтр и шла утечка жидкости в атмосферу станции. Кроме того, заменили три антибактериальных фильтра.
В это же время на станцию перенесли последние грузы - «пострадавшую» установку CGBA, которая будет теперь использоваться в качестве морозильника для фиксации растений арабидопсиса, индивидуальные спасательные реактивные установки SAFER и еще две емкости с водой. Всего под руководством Сандры Магнус на станцию перенесли 841 кг грузов и 590 л воды, а также примерно 820 кг – в обратном направлении.
Была также завершена перекачка азота в баллоны ШО Quest – всего за время совместного полета перекачено 34.5 кг азота и 12.7 кг кислорода.
Валерий Корзун, помимо работы с оранжереей и штатного осмотра разделителя блока разделения и перекачки конденсата БРПК и вентилятора ВР на системе кондиционирования воздуха СКВ1, долго возился с персональными компьютерами станции. С помощью Сандры Магнус он «раздел» два из них, рабочую станцию манипулятора RWS Cupola и машину из ШО Quest, и переставил начинку в новые корпуса от компьютеров «Атлантиса» со свежими аккумуляторами, а также пометил как дефектный жесткий диск №6024 для возвращения его на Землю. Пегги Уитсон проконтролировала состояние научной аппаратуры, а Сергей Трещев провел периодическое обслуживание АСУ.
|
|
|
15 октября при запуске с Плесецка потерпела аварию РН «Союз-У». До выяснения причин аварии и необходимых мер запланированный на 28 октября с Байконура пуск РН «Союз-ФГ» с пилотируемым кораблем «Союз ТМА-1» оказался в «подвешенном» состоянии. |
В 18:50 парциальное давление CO2 достигло 6.0 мм рт.ст. и 48-часовой эксперимент по удалению углекислого газа только установкой CDRA был прерван. В 20:28 в дополнение к ней был включен «Воздух».
Не получился ТВ-сеанс «Поздравление международному космическому лагерю школьников». Зато вечером у экипажа был совместный обед.
Расстыковка
16 октября два экипажа поднялись в 07:46. Сергей Трещев настроил средства телевизионной передачи с двух точек – с камер на манипуляторе станции и с камеры, установленной Вулфом и Селлерсом на секции S1, – а также находящийся на станции камкордер. Новая камера на модуле LAB снимала кончик американской солнечной батареи – чтобы оценить возмущения от расстыковки.
Экипажи Корзуна и Эшби попрощались в 11:02 и закрыли люки в 11:15, выполнив затем разгерметизацию стыка и проверку герметичности жилых объемов корабля и станции. В 12:15 шаттл построил ориентацию для расстыковки.
Расстыковка произошла по графику, в 13:13:30 UTC (08:13:30 CDT, 16:13:30 ДМВ), где-то на линии Чернигов–Курск. Отойдя от станции, Эшби передал управление пилоту. (Это была вторая попытка Памелы Мелрой реально поуправлять шаттлом – в полете STS-92 отказал корабельный радиолокатор диапазона Ku и облет был отменен.) Она медленно отвела корабль на 135 м вперед по направлению движения и с 13:56 до 14:30 провела частичный облет станции в направлении вверх – назад – вниз для фото- и видеосъемки. Первоначальный план полета предусматривал один виток с четвертью, но на это не хватило топлива.
В 14:30 в 150 м под станцией Пэм выдала первый импульс расхождения величиной всего 0.5 м/с. Временно ускорив свое движение, «Атлантис» обогнал станцию и ушел вверх. В 15:00 Мелрой выдала второй импульс расхождения, на этот раз – 1.7 м/с. «Атлантис» спустился до 372.1x406.9 км, а станция осталась немного выше – на 375.9x407.0 км, и расходились они медленно – километров на 20 за виток. Вечером этого дня корабль и идущая следом станция были видны в Западной Европе и в США.
Масса станции после расстыковки составила, по оценке NASA, 166140 кг.
Остаток 10-го рабочего дня на «Атлантисе» отдыхали, лишь Эшби выполнял необходимые развороты для проведения эксперимента SHIMMER – в 15:56 он вел измерения по лимбу Земли и в 16:36 – по Луне. В 17:39 Эшби, Мелрой и Юрчихин провели небольшую пресс-конференцию.
Посадка
День 17 октября начался в 07:18 и прошел в обычных предпосадочных хлопотах. Эшби, Мелрой и Магнус протестировали средства управления полетом на заатмосферном участке (ЖРД системы RCS) и на атмосферном (одна вспомогательная силовая установка из трех, закрылки и вертикальный стабилизатор корабля). Замечаний не было. Остальные паковали камеры, компьютеры, навигационное оборудование, научную аппаратуру.
Как и накануне, Джефф Эшби провел измерения по эксперименту SHIMMER.
В 16:46 астронавты беседовали с корреспондентами AP Radio Network, KMOX Radio (г.Сент-Луис) и WISH-TV (г.Индианаполис).
Вечером пилоты провели тренировку по посадке на компьютерном тренажере PILOT, а в 20:28 Эшби и Мелрой выполнили коррекцию орбиты – снизили ее с 371.2x407.3 до 272.0x407.3 км для обеспечения наилучших условий посадки.
Благоприятный прогноз погоды во Флориде оказался правильным, и запланированная на
18 октября в 15:44 UTC посадка состоялась по плану. Капком Стефани Уилсон разбудила астронавтов в 07:25, а в 10:40 они уже перешли на посадочную циклограмму. В 12:07 Магнус и Вулф закрыли створки грузового отсека, и за час до схода с орбиты экипаж разместился в креслах: на верхней палубе – двое пилотов, Магнус и Вулф, на средней – Селлерс и Юрчихин.
В 14:27 «Атлантис» построил ориентацию – хвостом вперед и вверх ногами – и в 14:34:14 над Индийским океаном начался 132-секундный маневр схода с орбиты. Уменьшив скорость на 76.5 м/с – всего один процент орбитальной скорости! – корабль стал приближаться к Земле. Бортовая автоматика перевернула ступень, так что теперь днище было внизу, а нос задран под 40° вверх. В таком положении в 15:12 «Атлантис» вошел в атмосферу.
Торможение, как и всегда, прошло в автоматическом режиме; корабль пересек страны Центральной Америки, прошел на высоте около 50 км над западной оконечностью Кубы и успешно вышел в район г.Тампа (Флорида). За 3–4 минуты до касания, на высоте 15 км, Джеффри Эшби взял управление на себя и выполнил правый поворот на 290°, который вывел КК на ось посадочной полосы 33. Касание основных стоек шасси было зафиксировано в 15:43:40 UTC (11:43: 40 EDT, 18:43:40 ДМВ). Через 8 сек опустилась носовая стойка, а в 15:44:35 корабль закончил пробег и остановился.
Это была 60-я посадка шаттла на флоридском посадочном комплексе. На полосе «Атлантис» встретила новая командно-связная машина, принятая в эксплуатацию ранее в этом году. В ее функции входит управление посадочно-эвакуационными мероприятиями, связь между экипажем и Центром управления запуском и контроль систем орбитальной ступени.
Осмотр корабля показал, что его теплозащита «побита» в 107 местах; 25 повреждений имели размер 25 мм и выше. Это числа нормальные, ожидаемые. Шины колес шасси и тормоза оказались в норме. К вечеру «Атлантис» был отбуксирован в один из отсеков OPF для подготовки к своему следующему полету STS-114. Старт пока планируется на 1 марта 2003 г.
По материалам NASA, JSC, KSC, Росавиакосмоса, РКК «Энергия», ЦУП-М.
Использованы фото NASA.
|
