Только у Николая все было в соответствии с привычным графиком. После завтрака и утренней конференции планирования он установил устройство сопряжения УС-21 для подключения двигателей ТКГ к СУД станции. После обеда ЦУП-М с помощью электрического теста подтвердил правильность сборки. Кроме того, Николай успешно заменил телеметрический локальный коммутатор ТА-251М (ЛКТ4Б2) в СМ. Эти работы вместе с физкультурой заняли у него все время до обеда, и даже разгрузкой «Прогресса» в 1-й половине дня занимались только американцы. 
   В этот день ЦУП-Х и ЦУП-М начали большую работу – установку новой версии ПО R3 (она же 12A) на бортовые управляющие компьютеры станции и на компьютеры поддержки экипажа. Управляющих машин на борту более двух десятков, и обновление ПО, которое требует тщательности и осторожности, займет почти месяц. Работу начали с установки дополнения 5.04 на машину Служебного модуля, которое сделает ее совместимой с аварийно-предупредительными сигналами версии R3.
   После обеда экипаж в полном составе переговорил с друзьями на Земле и тренировался по нештатным ситуациям на АС. Со специалистами по оранжерее «Лада» беседовал только Николай. Услышав, что помидоры «маленькие, дохленькие и с желтыми листьями», они посоветовали уменьшить полив растений. 

   Зачем измерять скорость ветра?

   Накануне экипаж доложил, что найден электронный прибор Velocicale Meter 8386A для измерения скоростей потоков воздуха, его температуры, относительной влажности и точки росы, и эти измерения были в срочном порядке запланированы Бауэрсоксу и Бударину.
   Срочность работы вызвана подозрениями в неисправности межмодульной вентиляции, соединяющей два сегмента. Об этом говорят разные уровни CO2 и рост концентрации формальдегида в LAB'е выше допустимого. Непосредственной угрозы неисправность пока не несет, но приходится тратить время на контроль параметров воздуха в двух половинах комплекса по отдельности.
   Кроме того, по данным измерений Земля рассчитывает так перераспределить потоки воздуха, чтобы максимальное количество влаги собирал российский кондиционер СКВ и минимальное – американский CCAA. Соответственно снизится потребность в перекачке конденсата на РС. 
   Сначала Кеннет, а затем Николай сняли показания последовательно в американском и российском сегментах и выявили недостаточный поток от левого заднего вентилятора LAB и такого же – в Node 1.
   8 февраля. 78 сутки. Суббота. У экипажа день отдыха, но Николаю после обеда были запланированы работы по восстановлению работоспособности блока перекачки конденсата (БПК), и потому его освободили от участия во влажной уборке станции. Утром Бударин в двух сеансах (09:00 и 10:50) передавал видеоинформацию по эксперименту «Плазменный кристалл», проведенному 22 января, а Сокс после уборки почистил головки видеомагнитофона VTR2.
   Кеннет и Доналд переговорили в этот день с семьями, но у Бауэрсокса не работал видеоканал и по просьбе семьи еще один сеанс назначен на 9 февраля. Переговоры с семьей у российского бортинженера – тоже завтра. Николай просил не менять температурный режим в СМ, так как в случае снижения температуры в целом в районе центрального поста будет прохладно и некомфортно.
   В ремонте блока БПК приняли участие Бударин и Петтит. Проблема, которую им нужно было решить, заключалась в следующем. Микронасос конденсата в БПК «всасывает» влагу, что вызывает повышенный расход воздуха и преждевременное прекращение работы блока разделения примесей в конденсате БРПК со срабатыванием аварийной сигнализации «Ресурс СКВ1 выработан». Для устранения неисправности был сделан новый трубопровод с предохранительными и управляющими клапанами, которые два бортинженера и установили. И помогло – БПК заработал!
   По программе наблюдения Земли Бударину были запланированы съемки цветовых особенностей в биопродуктивных районах океанов («Диатомея»), Гималаев, Панамского канала и болгарского города Бургас («Ураган»). Американцам – Пекин, Тяньцзинь, промышленные районы ЮАР, пыль над восточным Средиземноморьем и смог над западным, о-ва Туамоту.
   ЦУП-М в 12:05 получил управление для динамического теста – опытного включения двигателей «Прогресса» от системы управления движением СМ. Включения двигателей 1-го и 2-го коллекторов были в 15:48, и в 16:00 управление ориентацией было возвращено гиродинам АС.
   9 февраля. 79 сутки. Каждый день и даже в выходные утром у Николая – контроль работы оранжереи «Лада». В этот день на вопрос оператора связи («Как дела с растениями? Поливал?») Николай хмуро ответил: «Куда там поливать, остался один росток и тот скоро загнется...» Зато по эксперименту «Ураган» он с удовольствием отснял ледники Патагонии и отметил, что, наблюдая за Аральским морем, в этот раз не заметил пыльных бурь. (Кстати, в американской суточной сводке Патагония не значилась. Планировались Гималаи, ледник Медвежий, п-ов Челекен, Аральское море, Кабул и Саланг.)
   Петтит промерил одним прибором парциальное давление CO2 в Лабораторном и Служебном модулях – надо же выяснить, действительно ли оно разное или барахлит газоанализатор в СМ.
   После обеда все переговорили с семьями, а Кеннет и Дон вели еще приватные психологические разговоры с врачом экипажа. 
   В 21:54 UTC произошла автоматическая смена ролей центрального компьютера американского сегмента MDM C&C из-за программного сбоя C&C №2. Теперь в роли Primary (основной) работает компьютер №3, а в состоянии Backup (резерв) – компьютер №2 (вместо №3). В состоянии Standby (ожидание) остался компьютер №1. При этом было зафиксировано 10-секундное отсутствие информации между ЦВМ и ТВМ на РС. 
   ЦУП-Х также произвел сброс данных с навигационных компьютеров MDM GNC для проверки флагов «нелегальных» операций от GPS-приемника. Сейчас станция получает все навигационные данные от средств АС: вектор состояния и текущую ориентацию – от GPS-приемника SIGI-1, угловые скорости – от блока гироскопов RGA-1. Чтобы избежать опасных сбоев, за их работой нужно регулярно следить.
   10 февраля. 80 сутки. Перед завтраком космонавты измерили массу тела и объема голени. 
   По-прежнему разгрузка занимала большую часть времени экипажа. Приходилось заниматься разгрузкой и Доналду, так как ЦУП-Х все еще разбирается с планом восстановления перчаточного бокса MSG. В 16:00 специалисты сообщили Петтиту, что нащупали место неисправности – это нештатная перегрузка 12-вольтовой сети, которая до аварии мешала передаче данных. Ремонт можно будет сделать 12 февраля. 
   Дон также работал со стойкой Express №2 – переключил виброизолирующую платформу ARIS из конфигурации для эксперимента ARIS-ICE в стандартный режим. Николай помимо занятия разгрузкой развернул считывающее устройство и снял показания с дозиметров EVARM.
   Вместо обычной физкультуры Николай начал эксперимент «Профилактика» (МБИ-8) на велоэргометре. Он направлен на получение новых данных о механизмах действия и эффективности различных режимов физической тренировки и рассчитан на трое суток (велоэргометр, силовой нагружатель и бегущая дорожка соответственно).
   С 10:20 до 10:35 Бударину была запланирована съемка ледников Колка и Майли, северного склона Казбека и долины реки Геналдон синхронно с аэрофотосъемкой и наземной съемкой этого района. Эта работа была заказана Межведомственной комиссией, чтобы принять решение о дальнейших действиях в зоне схода Кармадонского ледника.
   11 февраля. 81 сутки. И опять завтрак у командира экипажа был смещен (вправо, разумеется). На этот раз – для подготовки акустических дозиметров, которые должны отработать ровно сутки от подъема до подъема экипажа. 
   Разгрузкой «Прогресса» до обеда занимались только Сокс и Николай. У Дона в основном было свободное время, так как его эксперименты в MSG были отменены. Сразу после обеда планировались переговоры по MSG, но их отложили, потому что ни четкой картины предполагаемой неисправности, ни ясного плана ремонтных работ пока нет. Ну а чтобы Петтит «не скучал», второму бортинженеру поручили обслуживание АСУ, подготовку дельта-файла из системы инвентаризации и аудит аккумуляторов на станции. С пищей, фотопленкой, видеокассетами все уже понятно. Хуже всего с контейнерами для воды, их только три, но пока БПК работает, проблем не будет. Можно также освободить контейнер 5045 с технической водой и пустить ее на обслуживание АСУ. В контейнере 5088 – вода из внутренней СТР Лабораторного модуля.
   С 14:34 до 15:10 экипаж в полном составе провел пресс-конференцию для американских СМИ. 
   Николай после этого занимался циклированием аккумуляторов трех новых лэптопов, привезенных «Прогрессом», и профилактикой средств вентиляции СМ, а Кеннет как раз перекачивал 20 л воды из бака конденсата в емкость для воды CWC. (Всего на борту имеется 986 л воды, и если СРВК будет работать штатно, ее хватит примерно на 160 суток. Перенастройка системы кондиционирования воздуха в АС способствовала тому, что теперь большая часть воды собирается в РС.    Интересно, что американский Velocicalc «честно» показывает высокую влажность, а российский газоанализатор – низкую.) Дон утром и вечером замерил уровни CO2.
   И в этот день вместо физкультуры Николай выполнял эксперимент «Профилактика», на этот раз с силовым нагружателем. 
   Российский бортинженер доложил, что все растения в оранжерее деградировали и погибли, и предложил выключить «Ладу» до новых посадок. 

   Подъем орбиты

   11 февраля ЦУП-М произвел подъем орбиты станции двигателями причаливания и ориентации (ДПО) ТКГ «Прогресс М-47». До сих пор станция удерживалась на высотах не более 400 км, якобы из-за того, что каждый лишний километр высоты означал снижение грузоподъемности шаттла. Для STS-114, например, расчетная высота стыковки была 370 км. Добравшись же до станции и состыковавшись, шаттл проводил подъем орбиты за счет «излишков» топлива. Легко заметить, что, поднимая только себя, без станции, шаттл мог бы забраться еще выше! Но по политическим причинам NASA держалось за свое право поднимать орбиту станции.
   Сейчас поддерживать столь низкую орбиту было бы бессмысленно, и потому запланирована была выдача импульса в 6 м/с за счет работы ДПО в течение 1394 сек и расходования 430 кг топлива из баков отсека компонентов дозаправки. Сначала планировали вообще поднять орбиту «как можно скорее и как можно выше», и говорилось об импульсе в 15 м/с. Но все же по просьбе ЦУП-Х величина импульса и подъема орбиты (10.4 км) была выбрана с таким расчетом, чтобы к середине июня станция спустилась до «шаттловской» высоты; к этому моменту американцы еще не исключали возможность запуска «Атлантиса» примерно 15 июня для штатной смены экипажей и хотели сохранить такую возможность.
   На время проведения импульса и установления требуемой ориентации управление ее построением брал на себя РС. Происходило это в интервале 08:40–13:00. Выдача импульса началась в 11:34:30 UTC, но подъем был осуществлен не в запланированном объеме: реальная продолжительность работы двигателей составила 1200 сек, а величина импульса – 4.2 м/с. По длительности причина ясна – по ошибке оператора не был заблокирован бортовой алгоритм расчета длительности работы. Однако этого мало для объяснения недобора на 30%, и вторая вероятная причина – отказ ДПО №3 в ТКГ. Орбиту подняли с 382.2x406.1 до 384.8x410.5 км, если считать от поверхности эллипсоида (как у нас), и c 375.6x393.6 до 384.7x402.0 км, если от сферы радиусом 6378.14 км (по-американски). 
Казалось бы, как это немного – подъем на 9 км. И тем не менее в среднем за 1–10 февраля станция теряла 195 м высоты в сутки, а за 12–24 февраля – 125 м. Почувствуйте разницу!
   Перед обратной передачей управления ЦУП-М произвел перевод из орбитальной ориентации LVLH в инерциальную XPOP. Произошло это при угле Солнца относительно плоскости орбиты b=-34.51°.
   12 февраля. 82 сутки. В этот день только Кеннет завтракал в положенное время: Николай опоздал из-за анализа крови в рамках эксперимента «Профилактика», а Доналд из-за установки режима измерения статического шума в акустических дозиметрах. Но к разгрузке «Прогресса» Кеннет и Николай вернулись одновременно. 
   Пока астронавты занимались физкультурой на тренажерах RED и CEVIS, Николай выполнил эксперимент «Профилактика» на беговой дорожке TVIS. Все трое записали аудиограммы: бортинженер-2 – до обеда, командир – после, Бударин – вечером.
   В 13:50 у всех членов экипажа была встреча с друзьями, а через виток – с американскими журналистами (CNN, ABC World News Tonight, CBS Early Show и NBC Nightly News). «У нас было время оплакать друзей, – сказал Бауэрсокс. – Когда ты летишь надолго, просто невозможно все время сдерживать эмоции и быть сосредоточенным [на работе]… У каждого из нас был шанс пустить слезу. Но пора двигаться вперед, и мы медленно идем».
   В промежутке Бауэрсокс и Петтит провели обзор ПО DOUG – вспоминали, как управлять манипулятором. Затем Кеннет один ремонтировал стойку Express №2. Николай тоже работал самостоятельно и сделал сброс видеоинформации по эксперименту «Плазменный кристалл» (09:55–10:30), выполнил циклирование аккумуляторных батарей (АБ) новых лэптопов, проверку блока артериального давления медицинской аппаратуры «Гамма-1М», проверку газоанализатора кислорода и его замену ввиду неисправности, замену передатчика и блока памяти системы управления бортовым комплексом (ША575Л и ЭА025М), а также перезапись информации с «кардиокассеты-2000». 
   Дону планировали ремонт блока контроллеров питания LAB1P5 в Лабораторном модуле, но эту работу пришлось отменить: в ответ на одну из предварительных команд блок выдал сигнал неисправности.
   В 10:25 сработал датчик дыма в СМ, что вызвало закрытие клапанов межмодульной вентиляции по сигналу «Smoke» («Дым»). Предварительная причина – пыль. Еще одной неприятностью стало самопроизвольное выключение вентилятора воздушного нагревателя ВН1. Николай его включал, а он опять выключался. 

   Обновление ПО – часть вторая

   13 февраля. 83 сутки. Укладывая акустические дозиметры на хранение, Бауэрсокс немного опоздал на завтрак, но быстро наверстал упущенное. Перед тем как заниматься физкультурой, он перенес данные на компьютер по эксперименту FOOT. 
   По-прежнему имеется разница в давлении углекислого газа на РС и АС. Одной из причин плохой межмодульной вентиляции считается пыль. Дон с утра почистил пылефильтры в АС, и после этого вентиляция несколько улучшилась. ЦУП-Х попросил обследовать и прочистить два вентилятора – левый задний в модуле LAB и правый задний в Node 1.
   ЦУП-М не соглашается на предложение ЦУП-Х перевести систему очистки атмосферы «Воздух» в более эффективный режим, так как и сейчас на РС давление углекислого газа ниже нормы: «Лучше следите за порядком на своем сегменте». 
   Николай выключил оранжерею «Лада», сделал очередной сброс информации по эксперименту «Плазменный кристалл-3» за 24 января, прочистил фильтры датчиков микроускорений и блока управления аппаратуры SAMS и заменил отказавшую АБ №7 в СМ. Новую батарею ЦУП-М поставил в режим циклирования, а старую попросил уложить в «Прогресс» на удаление.
   Началась основная фаза обновления бортового ПО – ЦУП-Х загрузил новое ПО в твердотельные запоминающие устройства SSMMU резервных управляющих компьютеров C&C №1 и №2.

   Тренировка с манипулятором

   Во 2-й половине дня Кеннет и Доналд тренировались с манипулятором SSRMS. Целью «робототехнических операций» были: поддержание навыков, оценка точности выводимой цифровой информации при захвате узлов PDGF4 и PDGF1, проверка запасного канала управления манипулятора и осмотр «меток» системы SVS на секции S1 фермы. Собственно, проверку запасного канала и осмотр мишеней проводил уже ЦУП-Х – по окончании работ Сокс и Дон оставили свободный конец манипулятора в нужном положении. Все прошло настолько гладко, что американцы уложились в три часа вместо четырех запланированных. Николай же сфотографировал камерой Kodak 760 следы от штанги «Прогресса» на приемном конусе промежуточной камеры СМ, перенес снимки на компьютер и позанимался физкультурой.
   Вечером (18:05–18:20) состоялась приватная беседа экипажа с друзьями. 
   Вентилятор ВН1 по-прежнему самопроизвольно выключается, и то же самое происходит с вентилятором ВН2.

   Тщательнее надо…

   14 февраля. 84 сутки. Почистив вентиляторы в LAB и Node 1, как было предписано накануне, Дон Петтит открыл для себя и для ЦУП-Х поразительные вещи. Оказывается, воздуховоды на треть были забиты пылью. Она так спрессовалась, что он смог сплести из пыли толстую веревку. Как же ему это удалось? Просто он провел чистку вентиляторов по российской методике: не просто протер тряпкой защитную решетку, а снял ее и удалил пыль внутри вентилятора. Естественно, это сразу же сказалось на межмодульной вентиляции, и уже к вечеру концентрация CO2 в АС упала до 4.3 мм рт.ст. Необходимость переводить систему «Воздух» на более мощный режим отпала сама собой.
   Чтобы закончить с этой проблемой, Петтит закрыл импровизированными крышками из старых обложек документации трубопроводы межмодульной вентиляции в Node 1 и изменил ее конфигурацию так, чтобы поток шел из РС в LAB. Далее воздух американских модулей перемешивается и выдается в направлении поглотителя и СКВ.
   Кеннет вместе с Николаем работали в СО1 «Пирс» – проверяли телеметрическую систему БРТА скафандра «Орлан» и цепи питания радиостанции «Корона-М». Ее установили в скафандр и проверили связь – замечаний нет. Этой работой космонавты занимались до и после обеда. 
   Самостоятельно Николай заменил фильтр-вставку в АСУ и провел еще один сброс информации по эксперименту «Плазменный кристалл-3». Доналд перенес данные тренировок на медицинский компьютер и измерил уровень шума шумомером в 41 точке во всех модулях станции.
   Кеннет инвентаризировал емкости для воды CWC и наполнял их конденсатом. Первая 20-литровая емкость была успешно переработана на СКВ, а это значит, что проблема с водой пока отступила.
   В 12:55 все трое дали интервью журналисту программы «Вести» на РТР и затем общались со специалистами по переходу бортового вычислительного комплекса на новую версию ПМО R3. В конце дня состоялись переговоры экипажа с руководителем полета в ЦУП-Х.
   В течение суток вентиляторы ВН1 и -2 не выключались. Для выяснения причины их отключений в предыдущие смены экипажу рекомендовано не включать воздушные нагреватели ВН1 и -2. 
   15 февраля. 85 сутки. У экипаж день отдыха. В этот раз и Николай принял участие во влажной уборке и после этого передал: «Уборку закончили, сейчас на велосипеде. Воздух чистый, все протерли. Улетать не хочется. Смене скажем – улетайте обратно. Я все лишнее убрал со стен, чтобы не пылилось и не улетало. Надо бы на стенах в районе обеденного стола иметь моющиеся обои, вроде клеенки, а то к стенкам липнут капли от сока, а снять их трудно. Да и посветлее будет». 
   Николай заменил преобразователи кислорода и водяного пара в газоанализаторе на запасные. После этого сработал сигнал класса «Внимание» – «Проверь атмосферу». Газоанализатор выключили. 
   ЦУП-М в 12:10 провел тест локального коммутатора ЛКТ4Б2 в СМ.
   16 февраля. 86 сутки. Второй день отдыха экипажа. У всех – переговоры с семьями.
   17 февраля. 87 сутки. Рабочая неделя экипажа началась с записи в 08:35 ТВ-приветствий к Дню защитника Отечества, в которой участвовали все члены экипажа. Одно приветствие адресовано Краснознаменску и будет передано на открытии Дворца детского творчества, второе – для торжественного заседания 22 февраля в Кремле. 
   Кеннет с утра сделал техобслуживание велоэргометра CEVIS и до обеда занимался сбором проб питьевой воды для химического и микробиологического анализа на орбите. Доналд провел тренировку по восстановлению навыков ответственного за медицинские операции, а затем 2 часа фотографировал все закоулки МКС для создания ее трехмерной компьютерной модели. Николай позаботился о системах жизнеобеспечения и передал в ЦУП-М очередную порцию видеоинформации по эксперименту «Плазменный кристалл-3» (за 23 января). 
   После обеда Бударин взялся за трехдневную работу по промывке и дезинфекции системы регенерации воды из конденсата: заменил фильтр, промыл шланги свежим дезинфицирующим раствором, выполнил инвентаризацию расходуемых элементов СОЖ. Бауэрсокс обработал отобранные пробы воды аппаратурой WMK, сделал серию снимков в рамках эксперимента FOOT и тоже провел тренировку как ответственный за медицинские операции.
   Дон в это время приводил в порядок блок дистанционного управления питанием (RPCM) LAB1P5, из-за неисправности которого не работал видеомагнитофон VTR1. По указанию ЦУП-Х он заменил блок другим, в котором тоже есть один неисправный выключатель, но он-то как раз и не нужен ни для VTR1, ни для других компонентов рабочей станции манипулятора. Вообще эти RPCM «сыпятся» один за другим: например, 11 февраля выставил флаг неисправности блок LAS62BA в Лабораторном модуле.

   Тест двигателя СМ

   ЦУП-М провел тест работы двигателя №3 по рысканью 2-го коллектора СМ, к которому было замечание при стыковке. Для этого в 08:20 была осуществлена передача управления ориентацией на РС. Из фиксированной ориентации было осуществлено три последовательных разворота на 10° по рысканью. Замечаний к работе двигателя не выявлено. Скорее всего, при стыковке произошел случайный сбой. В 08:48 управление было опять передано на АС. 
   В 18:33 произошел отказ системы «Воздух»; экипажу посоветовали не включать систему до утра, а в LAB'е по достижению уровня 6 мм рт.ст. включилась аналогичная установка CDRA. Когда космонавты уже спали, опять произошло срабатывание аварийной сигнализации, на этот раз по сигналу «Дым в станции». Через 29 секунд сигнал снялся, и номер сработавшего датчика дыма определить не удалось.
   18 февраля. 88 сутки. С самого утра Николай продолжил промывку и обеззараживание шлангов системы СРВ-К, а Дон в 07:59 вышел на связь с учениками начальной школы Хирано в Кобе (Япония).
   Бударин при помощи командира исследовал биоэлектрическую активность сердца в покое (МО-1) со сбросом ЭКГ в реальном времени на 2-м суточном витке, в зоне 09:18–09:35. Затем оба занялись физкультурой – Николай на российском велоэргометре, а Сокс на велоэргометре CEVIS на АС. Дон в это время провел обслуживание бегущей дорожки TVIS (при этом пришлось затянуть два болта, которыми она крепится в нише на полу СМ, да еще оказалось, что по одному болту в каждой скобе отсутствует). ЦУП-Х, подумав, разрешил пользоваться устройством без ограничений. Бортинженер-2 также разобрался с последним каналом межмодульной вентиляции – с правым передним вентилятором LAB. Особой пыли в нем не оказалось, а вот обрывки полиэтиленовой упаковки пришлось вычистить.
   Перед обедом, в 12:15, все дали интервью каналу НТВ, программе «Утренний канал» по теме «Перспективы развития МКС». (Ишь как телевизионщики всполошились после гибели «Колумбии» – до этого такая тишина была…)
   Во 2-й половине дня Николай отремонтировал аппаратуру инактивации воздуха «Поток-150МК» системы обеспечения газового состава, установив привезенную «Прогрессом» плату, а в конце дня подготовил аппаратуру «Уролюкс» для завтрашнего анализа мочи. Дон провел техническое обслуживание систем жизнеобеспечения, а Кеннет – регистрацию на дозиметры EVARM. Американцы провели приватные переговоры с врачом экипажа.
   ЦУП-Х попытался активировать новое ПО в резервном управляющем компьютере C&C №1 и в дублирующем компьютере внутренних систем INT1, но оба «свалились» в диагностический режим из-за ошибок контрольных сумм. Не сразу получилась и загрузка R3 в два лэптопа PCS. Бауэрсокс помог закончить ее, поменяв по команде ЦУП-Х жесткие диски.
   Командиру планировался на этот день эксперимент FOOT, но был отменен, так как во время предыдущей сессии из восьми каналов данных записалось только два. Чуть ли не последний американский эксперимент – и то не работает…
   С утра (08:40) система «Воздух» была включена в автоматическом режиме и быстро «убрала» CO2 до уровня 3.5 мм рт.ст. Передышка помогла – отключений системы не было.

Бауэрсокс берет пробы воды аппаратурой WMK.

   19 февраля. 89 сутки. До завтрака все члены экипажа провели биохимический анализ мочи (МО-9). До обеда Николай заменил компьютер Power Wiener на аналогичный, но более мощный ISS Wiener и подключил его к бортовому питанию, а после обеда проверял. Кеннет провел микробиологический анализ проб воды, оценивая «на глаз» количество микроорганизмов через 2 дня после сбора. В 12:25 все члены экипажа передали приветствие для традиционной ярмарки и родео в Хьюстоне (Livestock Show & Rodeo). 
   После обеда состоялись 35-минутные переговоры с экипажем по ВКД. Чтобы выяснить возможность выхода с АС при экипаже из двух человек, ЦУП-Х решил 21 февраля провести тренировку и накануне прислал циклограмму и инструкции – они и обсуждалась. Впрочем, чтобы загрузить двух астронавтов, где-то около 20 марта и в самом деле может состояться выход с АС «для профилактики оборудования» и плюс к тому для замены отказавшего модуля контроллеров питания на мобильном транспортере. Но пока задачи выхода до конца не определены.
   Завершив переговоры по ВКД, Николай смонтировал декоративную рамку для пылефильтров в СМ, а Дон по его следам заменил кассету пылефильтров.
Бударин закончил обеззараживание системы регенерации конденсата. Разобрался он и с причиной некачественной работы канала «Регул-Пакет»: плохой контакт разъема кабеля. Теперь канал для передачи информации на борт работает нормально, но канал сброса информации пока работает неудовлетворительно.
   20 февраля. 90 сутки. И опять у экипажа смещенный график завтрака. На этот раз из-за анализа крови. Сначала подопытными были Николай и Доналд: Кеннет у них поочередно брал кровь для анализа портативным клиническим анализатором крови PCBA и «Гематокритом». Затем Дон и Сокс поменялись местами, а Николай первым ушел завтракать. Последним – больше чем через час – покушал командир.
   Пока Бударин занимался профилактикой средств вентиляции в СМ, менял блок фильтров CO2 в газоанализаторе КМ0305М1 и подключал для контроля газоанализатор в «Союзе», Бауэрсокс и Петтит оценили состояние здоровья – и опять Кеннет взял на себя роль врача. Но Дон не доверил Николая командиру и сам проверил состояние здоровья его и Кеннета. Петтит же зарегистрировал данные по всем обследованиям и уложил оборудование на хранение. 
   Бауэрсокс по заданию ЦУП-Х собрал образцы неизвестных отложений, появившихся на клапане кондиционера CCAA по правому борту LAB'а и на соседнем светильнике, и убрал остатки.
   Во 2-й половине дня инвентаризация стала основной работой экипажа. Николай пересчитывал средства личной гигиены (емкости для воды, контейнеры твердых отходов и т.п.), а Кеннет и Дон занимались инвентаризацией в ШО Quest и нашли лишнюю вставку SPD для ремонта клапанов внешних аммиачных магистралей. 
   Поскольку межмодульная вентиляция была налажена, «Воздух» работал исправно и анализатор MCA контролировал уровень CO2, ЦУП-Х отменил требование дважды в сутки проверять его вручную. Зато анализатор суммарного органического углерода TOCA признан неисправным и неремонтопригодным и будет заменен при первой возможности.
   С 14:50 до 15:10 экипаж беседовал с корреспондентами Национального общественного радио и радио CBS.
   ЦУП-Х, разобравшись с причинами сбоя 18 февраля, выполнил следующий этап прошивки ПО R3 – установил эту версию на резервные машины C&C1 и C&C2, INT1 и GNC2, а также на два персональных компьютера, которые космонавты перезагрузили.
   21 февраля. 91 сутки. В этот день экипаж позавтракал вовремя. Но сразу после завтрака прошел отказ системы «Воздух» по неисправности блока вакуумных клапанов (БВК2). Проверка разъемов результатов не дала: замечаний нет. Затем поиск причины отказа пришлось приостановить, так как в 07:57 экипаж во главе с Николаем должен был повторить приветствие торжественному собранию в Государственном Кремлевском дворце. 
   После сеанса Николай продолжил возиться с системой «Воздух». Он проверил штатное срабатывание автомата питания. Получен отказ системы после трех перекладок. Она отключена. На 23 февраля запланирована работа по замене БВК. 
   В связи с отказом «Воздуха» была включена установка CDRA на АС и снизила концентрацию CO2 до 3.9 мм, но затем и она частично вышла из строя и осталась с одним поглотителем из двух – застрял в открытом положении клапан. Предположительная причина: из-за неудачной конструкции в клапан попал кусочек цеолита, служащего основой для поглотителя. В таком состоянии установка может работать, но требуется регулярная выдача команд и постоянный контроль – а то может стравить атмосферу за борт. ЦУП-Х прислал по этому поводу дополнение к бортдокументации.
   Тем временем ЦУП-М попросил продолжить измерения CO2 американским прибором CDMK до 27 февраля для калибровки своих газонализаторов, и Дон Петтит вернулся к этому хорошо освоенному делу.
   Кеннет до обеда заполнил опросник по пище, а остальное время занимался физкультурой; Дон сделал то же самое, но в обратном порядке. Николай выполнил запланированные ранее работы по замене фильтров пылесборников в СО1, сфотографировал кабели на панелях интерьера ФГБ и перегнал фотографии в компьютер для сброса. Кроме того, бортинженер-1 выдал в ЦУП-М данные о взаимном расположении винтов на панелях 204 и 404 в СМ.
   После обеда экипажу планировалась тренировка в скафандрах EMU, но она была отложена на трое суток сразу по двум причинам: во-первых, из-за того, что на сутки «сполз» переход на новое ПО, а во-вторых, чтобы предварительно провести тренировку в летающей лаборатории. Была отменена и конференция экипажа с руководителем офиса астронавтов. 
   ЦУП-Х переконфигурировал бортовые компьютеры – сделал основными те из них, на которых уже загружена версия R3. Для этого в 15:40 управление ориентацией было передано на РС. Среди управляющих компьютеров C&C основным стал №1, резервным – №2 и в режим ожидания перевели №3. Аналогично и в системе управления движением GN&C: №2 стал основным, а №1 – резервным. При смене ролей компьютеров был выдан управляющий массив для разрешения ресинхронизации ЦВМ. Ресинхронизация не прошла. После обнуления переменных в управляющем массиве ресинхронизация прошла, но с пропаданием телеметрии Contingency. Выдан был массив на включение телеметрии, и далее все пошло штатно. Обратная передача управления прошла в 18:30. На поддержание ориентации было потрачено 19.6 кг топлива.
   Петтит в 18:50 провел сеанс радиолюбительской связи со средней школой Ковичан в г.Данкан (Британская Колумбия, Канада).
   22 февраля. 92 сутки. День отдыха, новых отказов систем нет и ничто не мешает экипажу отдыхать. После обеда экипаж пообщался с директором программы МКС. 
   Вечером, чтобы не скучали, Кеннету и Николаю были запланированы работы. Российский бортинженер готовился к завтрашней замене БВК (нашел и подготовил все необходимые инструменты и кабели, а также запасные блоки БВК3 и БВК4). Командир же менял бортовую документацию, устанавливал жесткий диск в лэптоп PCS и переносил результаты тренировок на компьютер. 
   ЦУП-Х закончил перепрошивку компьютеров – перезагрузил с новым ПО версии R3 бывшие основные компьютеры C&C3 и GNC1. Бауэрсокс заменил жесткие диски на «персоналках» и перезагрузил их уже с новым ПО.

   «Воздух» отремонтирован

   23 февраля. 93 сутки. У экипажа как бы второй день отдыха. Сразу после завтрака Николай переговорил с семьей, и это дало ему силы успешно справиться с заменой БВК1. После обеда «Воздух» был введен в работу в 5-м ручном режиме, а CDRA выключили.
   У Кеннета и Дона тоже были переговоры с семьями, но во 2-й половине дня. А вот от бесед с врачом они отказались. Николай передал приветствие Патриарху всея Руси Алексию II по случаю его дня рождения. В сеансе связи он отметил: «Дело движется к весне. Зеленеет Африка, Калифорния, это хорошо видно». 
   Американцам на этот день запланировали съемки двух «срочных» объектов – смога, нависшего над востоком Индии и над Бангладеш, и извержения вулкана Суфриер на о-ве Монтсеррат, которое началось 16 февраля.

   Тренировка в скафандрах

   24 февраля. 94 сутки. У экипажа официально дополнительный день отдыха – видимо, по Трудовому кодексу, за 23 февраля. На самом деле – тяжелая физическая работа.
   Главной задачей дня была тренировка в скафандрах двух американских астронавтов без помощи Бударина – ЦУП-Х нужно было убедиться, что с подготовительными операциями, со входом в скафандры и их проверкой можно справиться вдвоем. 14 февраля такая тренировка была выполнена на Земле и отснята, и ЦУП-Х заслал «картинки» Соксу и Дону. 21 февраля коллеги-астронавты провели тренировки в условиях кратковременной невесомости. Теперь предстояло отработать те же операции – вход в скафандры и их наддув, надевание реактивных устройств SAFER, выведение азота из крови, завершение выхода и замену поглотителей MetOx – в реальной обстановке на борту. Это в штатном режиме, а вот и в нештатном – если один из астронавтов потеряет сознание, сможет ли второй в одиночку вылезти из скафандра? Одному это удалось легко, второму – «со скрипом». 
   Николай участвовал в работе по выходу, но «пассивно» – фотографировал. Его основным занятием была плановая замена блока колонок очистки (БКО) в «Электроне». Он также отключил газоанализатор в «Союзе», включенный 20 февраля в параллель с основным.
   ЦУП-Х дорабатывает бортовую документацию «Пожар», в которой была обнаружена ошибка. При загорании в ШО Quest автоматически отключается кислородная система, которую после тушения огня нужно вновь включить. Существующий вариант инструкции не предусматривает некоторых тонкостей, из-за которых при включении может вновь возникнуть опасная ситуация.
   25 февраля. 95 сутки. Рабочая неделя началась во вторник с измерения массы тела и объема голени. Большую часть дня Николай работал в ФГБ. Сначала он заменил АБ №1 – теперь на РС исправны все до одной, а после обеда демонтировал блок М34-03-8 системы причаливания и стыковки (СУД) для удаления на «Прогрессе». (Да-да, для удаления. Кстати, на «Атлантисе» (STS-114/ULF1) было запланировано вернуть на Землю четыре комплекта системы «Курс». Но теперь их тоже некуда девать, кроме как складывать в «Прогресс» и топить…) 
   Кеннет чистил сетки вентиляторов В1 и В2 в СО1, воздуховоды ВД1 и ВД2 там же и съемные решетки теплообменников ГЖТ 1, 2, 3 в ФГБ, а потом командир измерил радиационный фон спектрометром IV-CPDS. 
   Дон наконец-то возобновил ремонтные работы по MSG и занимался ими до и после обеда. Земля включила установку в режиме Standby, и в нем предохранитель в цепи 12 В не срабатывал. Уже хорошо…
   Все вместе побеседовали с американскими учащимися в Орегонском музее науки и по одному – переговорили с врачом. 
   Бауэрсокс обсудил со специалистами проблему снабжения станции. С учетом наличного запаса и предварительных планов загрузки «Союза ТМА-2» (май) и «Прогресса М1-10» (июнь) получается, что двое участников 7-й экспедиции смогут дотянуть до октябрьского «Союза ТМА-3». А вот как прожить на борту зиму 2003/2004 гг. 8-й экспедиции – не очень понятно.
   ЦУП-М отменил запланированную на 26 февраля перекачку топлива из «Прогресса» – до нее нужно протестировать двигатели ТКГ и попытаться найти причину недобора скорости при коррекции 11 февраля.

   Замена ПО: 
   часть третья, заключительная 

   26 февраля. 96 сутки. Наступила очередь менять программное обеспечение и на БВС РС. Эта процедура была поручена Бауэрсоксу и Бударину. Начали они с изучения бортовой документации по установке дополнения 7.01 и переговоров со специалистами. Затем прервались, чтобы вместе с Доном провести двухчасовую тренировку по срочному спуску. После обеда уже только Николай готовил компьютеры для реконфигурации сети поддержки экипажа – Кеннет помогал ЦУП-Х протестировать газоанализатор MCA (результат: MCA показывает на 0.4 мм больше углекислого газа, чем специализированный прибор CDMK). Затем он взял пробы воздуха, а Доналд заснял этот процесс.
   Далее Николай осмотрел состояние корпуса за панелями пола СМ (№130, 134, 135, 138) и под беговой дорожкой TVIS и явных изменений не обнаружил. 
Работы по ремонту MSG, которые планировались для Дона во 2-й половине дня, были перенесены на следующий день. Зато была проведена инспекция дыхательных аппаратов PBA и огнетушителей PFE. Кеннет осмотрел уплотнения люков в АС – это необходимо для обслуживания средств контроля атмосферы.
   Тем временем версия R3 показывает неотловленные при наземном тестировании «глюки». Сначала выявилась странная зависимость работы MDM INT от работы установки CDRA и от включения нагревателей ШО Quest. Теперь найдена ошибка в навигационном ПО, в программе определения ориентации по GPS-сигналам. Перешли к вычислению вектора состоянии и текущей ориентации по данным РС, и только угловые скорости определяются американской аппаратурой.
   27 февраля. 97 сутки. У Николая важный день – смена версии ПМО. Бортинженер-1 должен был перенести образы новой версии 7.01 для ЦВМ, ТВМ, УС21 на компьютер центрального поста №1, но это ему не удалось.
   Зато Бударин успешно переписал образы на КЦП №2 и начал перепрошивку блоков ЦВМ УС-21-1 и УС-21-3 с использованием образов версии 7.01 с КЦП-2. К концу дня КЦП-2 работал на старой версии 5.03 с образами версии 7.01 и лэптоп №2 на старой версии. КЦП №1 и лэптоп №1 были отключены.
Выполнил в этот день Николай и еще одну важную операцию: замену пятилитровой емкости с консервантом (раствор серной кислоты и оксида хрома в воде) в АСУ. 
   Дон приступил к очередному этапу ремонта MSG. Сначала он подготовил установку – развернул ее, отключил сзади 13 из 18 разъемов, по которым могут проходить ложные соединения, и вновь вернул в рабочее положение. После непрерывной работы в течение двух часов Петтит включал MSG только в зонах Ku-band, чтобы специалисты видели состояние индикаторов. И как же радостно он сказал в конце дня: «По MSG все сделали. Приятно, что горят все зеленые лампочки». Теперь, правда, начинается самое «веселое» – нужно перебором найти, какие из 13 разъемов действительно вызывают сбой.
   В промежутках между зонами Петтит провел радиолюбительский сеанс с гимназией Хохвальд (г.Вадерн, ФРГ; 10:20– 10:30) и начал съемку на цифровую камеру журналов учета по эксперименту Renal Stone и меток на коробках из-под таблеток. Сами журналы пока возвращать не на чем, но хоть снимки дойдут.
   Кеннет почистил вентиляционные решетки на панелях интерьера в ФГБ (№201, 301, 401, 116, 231, 316, 431), проверил дефибрилятор и принтеры АС. Он смог найти причину срыва эксперимента FOOT и перенес данные по нему на стойку HRF для передачи информации в ЦУП-Х. Новый прогон запланирован на 4–5 марта.
   ЦУП-Х обрадовал экипаж тем, что успешно проверил режим автосопровождения спутников-ретрансляторов TDRS при новом ПО.

   Сбой в СМ

   В 20:40 UTC незадолго до отбоя экипажа произошло аварийное отключение систем СКВ1, «Воздух» и «Электрон». Так как до зоны российских пунктов оставалось ждать еще час, ЦУП-М прибегнул к помощи ЦУП-Х и получил телеметрию Contingency. По телеметрии было подтверждено отключение системы генерации кислорода «Электрон» и системы кондиционирования воздуха (СКВ-1), а «Воздух» остался в работе с ложной диагностикой об отказе. 
   Также по телеметрии был зафиксирован сбой в обмене информацией между БВС и телеметрической системой БИТС 2-12. Постоянно с интервалом 9–10 секунд шли сообщения: «Нет обновления кадра», «Не идентифицирован кадр БИТС». Часть параметров явно ложного характера. Экипаж был отпущен спать, и систему «Воздух» тоже решили выключить до утра. Команда БВС «выдача данных» к успеху не привела. Оценить состояние бортовых систем было проблематично, так как большая часть значений параметров были ложными.
   28 февраля. 98 сутки. Чтобы разобраться в ситуации, были вызваны специалисты из РКК «Энергия». С их помощью удалось установить, что виной всему блок ЦПЛГ-А. С переходом на резервный комплект этого блока ситуация нормализовалась. Правда, ЦУП-Х все же был вынужден включить CDRA на полдня, когда парциальное давление CO2 дошло до 6.2 мм.
   После этого Николаю была дана команда на продолжение работ по замене ПО. В этот день он в основном занимался монтажом кабелей системы СУБА для создания новой версии компьютерной сети. ЦУП-М, используя КЦП-2, перепрошил УС-21-1 и -3 на новую версию ПМО и ввел их в контур управления. 
Кеннет начал свой рабочий день с расконсервации оборудования PuFF, но после калибровки первое обследование провел Дон, и лишь затем сам Сокс. В перерыве между этими работами командир обследовал портативный огнетушитель и портативный дыхательный аппарат, а Дон наполнил емкость CWC и инвентаризовал оставшиеся. 
   После того, как Николай прошел обследование PuFF, Кеннет выполнил заключительную калибровку оборудования и убрал его на хранение. 
   После обеда, в 14:15, экипаж в полном составе дал интервью корреспонденту USA Today and KPTV-TV (г.Портленд), а затем Кеннет Бауэрсокс пообщался с американским руководством программы МКС. Вечером все члены экипажа провели переговоры с руководителем полета в Хьюстоне. 
   ЦУП-Х прислал было заявку на изменение программы этого дня с просьбой взять управление ориентацией примерно на виток для закладки программной вставки, но затем отказался от этой затеи из-за неполной уверенности специалистов в ее корректности. Это та самая вставка, которая должна исправить ошибку в решении навигационной задачи.