«Возвращение
к полету»
И.Лисов. «Новости
космонавтики»
Почти полгода NASA
было занято расследованием катастрофы «Колумбии»
1 февраля 2003 г. Сотни сотрудников агентства
участвовали в поисках обломков корабля и
обеспечивали расследование, проводимое
комиссией Харолда Гемана. Летом, когда «поисковая»
часть была в основном завершена и началась
«исследовательская», NASA предприняло первые
организационные меры для возобновления в
будущем полетов шаттлов.
На языке NASA комплекс мероприятий,
направленных на выполнение рекомендаций
комиссии Гемана, называется «Return to Flight» – «Возвращение
к полету». Возглавляют эту работу
заместитель администратора NASA,
руководитель Управления космических
полетов Уилльям Редди и помощник по
техническим программам первого
заместителя администратора NASA Майкл
Гринфилд.
Одновременно в американской
администрации, в Конгрессе и в обществе
набирает темп дискуссия о таких целях
пилотируемой программы, которые могли бы
оправдать риск и затраты.
Когда можно будет
лететь?
26 августа комиссия Гемана
опубликовала свой отчет (НК №10, 2003) и
свои рекомендации (см. с.9). Пятнадцать из них
комиссия обозначила как обязательные к
исполнению перед первым полетом шаттла
после катастрофы. Еще тринадцать, требующих
значительно большего времени на реализацию,
могут быть выполнены уже после
возобновления полетов. Пять наиболее
важных рекомендаций комиссия Гемана
опубликовала заранее, чтобы NASA могло
приступить к их выполнению немедленно.
Комиссия Гемана высказалась за то,
чтобы были разделены функции доставки на
МКС грузов (для этого нужен шаттл) и
доставки и возвращения экипажей (для этого
может использоваться орбитальный
космоплан OSP). На слушаниях 4 сентября в
комитете по науке Палаты представителей
Харолд Геман заявил, что в принципе, с
увеличенными мерами предосторожности и
повышенным вниманием ко всем «мелочам»,
шаттлы могут летать еще несколько лет, быть
может, даже лет 10, чтобы строительство
станции было закончено – но никак не 20, как
NASA предполагало еще в прошлом году.
Агентство должно ускорить работу по
созданию другого корабля, который взял бы
на себя доставку людей в космос и имел
необходимые средства спасения, и заменить
шаттл как можно скорее.
Голоса в пользу полного
прекращения пилотируемых полетов на
шаттлах становятся все громче (см. ниже), но
пока никто в руководстве NASA не готов
рассматривать такое решение всерьез. Без
шаттла задача достройки американского
сегмента МКС становится практически
нереализуемой, и не потому, что оставшиеся
модули нельзя было бы дооснастить
средствами межорбитальной транспортировки
и запустить одноразовыми носителями (НК
№5, 2003, с.18–19). Беда в том, что эти самые
модули спроектированы в расчете на условия
выведения шаттлом, и в частности – на
максимальный уровень перегрузки 3g. Никакой
другой носитель таких условий не
обеспечивает, а доработка и сертификация
под более жесткие условия означает
огромные затраты времени и средств.
Без шаттла резко усложнилось
поддержание орбиты МКС и снабжение ее водой,
пищей, кислородом и расходными материалами
для экипажа. В годы, предшествующие
катастрофе, грузопоток делился между
шаттлами и «Прогрессами» более или менее
поровну. После «Колумбии» он полностью лег
на российские средства доставки, что
требует немедленного удвоения и утроения
финансирования по МКС. Пока еще не ясно,
сможет ли Россия выдержать такой уровень
финансирования совместного проекта – при
том что возможность частичного возмещения
расходов полетами туристов утрачена, а
американская сторона оказывается не
способна ни оплатить дополнительные
расходы, ни каким-либо образом
компенсировать их.
Фактически это означает, что без
скорейшего возобновления полетов шаттлов с
доставкой грузов и основных экспедиций США
теряют право на главенствующую роль в
программе МКС. Отказ от возобновления
полетов означал бы для США потерю станции, в
которую вложено уже более 20 млрд $, и
неизмеримый урон политической репутации.
Итак, шаттлы должны начать летать
снова… но по ходу расследования и по мере
оглашения рекомендаций возможная дата
очередного полета «Атлантиса» к МКС (STS-114)
быстро отодвигается «вправо». В самые
первые недели после катастрофы
рассматривалась дата 1 июня 2003 г. К июню,
однако, «оптимистичной» датой внутреннего
планирования было уже 1 октября, а более или
менее реальной считалось 18 декабря. 11 июня
Шон О’Киф даже заявил публично, что полеты
могут быть возобновлены в декабре 2003 г.
Однако целый ряд доработок не мог
быть закончен к этому сроку. Известный
аналитик Джеймс Оберг писал 2 июня, что
поиск и обоснование нового набора
природных условий, при которых разрешается
старт шаттла, не будут закончены до января-марта
2004 г., детальная инспекция и ремонт передней
кромки крыльев «Атлантиса» затянется до
января-февраля, а изменение проекта
межбаковой секции внешнего бака отодвинет
первый старт до апреля 2004 г. Средства
ремонта в полете передней кромки крыла
также появятся не раньше 2004 г. Майкл
Костелник, первый заместитель руководителя
Управления пилотируемых полетов NASA, заявил
в середине июня, что первый полет шаттла
может состояться в конце марта 2004 г. В
первых числах августа «официальной» датой
считалось 11 марта 2004 г., хотя неофициально
говорилось уже о середине лета 2004 г. Этот же
срок – лето 2004 г. – назвал 21 июля
руководитель Росавиакосмоса Ю.Н.Коптев.
На слушаниях в комитете по науке
Палаты представителей 10 сентября его
председатель Шервуд Боулерт, республиканец
от штата Нью-Йорк, высказал большие
опасения в том, что назначенная дата «слишком
амбициозна» и продолжает те же тенденции,
что способствовали гибели «Колумбии». Шон О’Киф
ответил на это, что шаттл полетит вновь как
только рекомендации комиссии Гемана будут
выполнены, и «ни днем раньше». Вскоре после
этого планируемая дата первого полета «Атлантиса»
была сдвинута на 15 июля, а 3 октября – уже на
12 сентября 2004 г. Реальное «стартовое окно»
продолжается с 16 сентября до 11 октября.
Нужно отметить, что рекомендации
комиссии Гемана резко осложнили
планирование полетов шаттлов к МКС. До
гибели «Колумбии» набор ограничений
выглядел примерно так. Запуск шаттла к МКС
возможен один раз в сутки в северо-восточном
направлении (так как только в этом
направлении оборудована трасса) в течение
примерно 10-минутного «окна», связанного с
прохождением космодрома через плоскость
орбиты станции. Каждый день время запуска
сдвигается «назад» примерно на 24 минуты, и
за 60 дней проходит полный суточный цикл. С
таким же периодом изменяются условия
освещенности станции Солнцем, причем часть
этого 60-суточного периода является
запретной по условиям нагрева корабля в
состыкованном с МКС положении (ограничение
«по углу бета»; см. НК №11, 2002, с.8). К
примеру, шаттл не может находиться в
составе станции большую часть декабря 2003 г.
и первую половину февраля 2004 г. Разумеется,
нельзя стартовать при температуре воздуха
ниже +2°C, а при низкой влажности и слабом
ветре – вплоть до +9°C.
Новые требования комиссии Гемана
– это возможность детальной съемки корабля
в процессе выведения и съемки внешнего бака
после его сброса через 9 минут после старта.
Для этого необходимо, чтобы и старт, и
отделение внешнего бака в 2000 км вперед по
трассе выведения происходили в светлое
время суток. Результат: лишь несколько
суток в течение каждого 60-дневного «года»
МКС остаются пригодными для старта. К
примеру, весной 2004 г. это период с 11 марта по
6 апреля. Летом продолжительность «открытых»
и «запретных» периодов будет примерно по
месяцу, однако осенью и зимой возможностей
для запуска будет очень немного: 19–21 ноября
2004 г., 17–19 января 2005 г., а затем уже в
середине марта.
Учитывая сложность подготовки к
полету, высокую вероятность переносов по
техническим причинам и погодным условиям,
трудно себе представить в будущем
возможность регулярной смены основного
экипажа станции шаттлами.
Что делается сейчас?
8 сентября Уилльям Редди,
заместитель администратора NASA, глава
Управления космических полетов и
сопредседатель Совета руководителей по
пилотируемым полетам, представил план «возвращения
к полету» и подчеркнул, что он еще будет
изменяться и дополняться.
В первую очередь будут приняты
меры против образования обломков и
осколков, которые могут повредить корабль
во время выведения. Полностью избавиться от
них невозможно, и в этой части проектные
требования к системе Space Shuttle останутся
нереализованными, но падения крупных
обломков больше быть не должно. Поэтому, в
частности, пеноизоляция более не будет
наноситься на рампу передней стойки
крепления орбитальной ступени к внешнему
баку, откуда она сорвалась в полете STS-107.
Вместо этого будут введены подогреватели,
предотвращающие образование льда, а
нестойкие алюминиевые детали защищены
инконелевыми крышками. Кроме того, будут
приняты меры против образования льда на
питающей магистрали жидкого кислорода,
откуда не менее 8 раз падали куски массой до
100–150 г.
 |
|
Первые четыре члена экипажа STS-114: Дж.Келли,
С.Робинсон, С.Ногути и А.Коллинз.
|
Одновременно агентство
рассмотрит восемь быстро реализуемых
вариантов «укрепления» шаттла против
повреждений от малых частиц. (Здесь
агентство, по-видимому, расходится с
адмиралом Геманом, который высказывался
вполне однозначно: крупных обломков быть не
должно, а если мелкие обломки наносят
мелкие повреждения, то должна быть
возможность заделать такие повреждения.)
Задачи полета STS-114 будут изменены.
До катастрофы на экипаж Айлин Коллинз
возлагались доставка трех членов основной
экспедиции на МКС и грузов, а также
ремонтные работы в открытом космосе. Теперь
главной задачей STS-114 будут испытания новых
средств инспекции и ремонта теплозащиты
шаттла на орбите. В дополнение к
стандартному манипулятору RMS «Атлантис»
будет нести штангу с камерой для осмотра
днища орбитальной ступени и лазерными
датчиками для измерения глубины
повреждений. В грузовом отсеке будет
размещена панель с заранее поврежденными
плитками теплозащиты, которые Стивен
Робинсон и Соити Ногути должны будут
отремонтировать.
Для ремонта поврежденных плиток
теплозащиты имеется теплостойкий материал
MA-25S на основе силикона, который способен
прилипать в вакууме к алюминию,
керамическим плиткам и другим материалам
обшивки корабля и выдерживает нагрев до 1100°C.
Еще в 1980 г. он проходил испытания как
средство приклеивания в полете запасных
плиток взамен отвалившихся, однако
существовавшая тогда технология
изготовления и нанесения «клея» была
неудачной (он вспучивался), а кроме того,
руководители программы боялись, что
вышедшие в открытый космос астронавты
скорее могут нанести плиткам новые
повреждения, чем отремонтировать имеющиеся.
Теперь, тем не менее, решено, что в
принципе нельзя оставлять экипаж без
средств ремонта. Технология дорабатывается,
и соответствующие испытания планируются в
полете STS-114, хотя руководитель работ Пол
Хилл по-прежнему не видит необходимости
ремонта мелких повреждений плиток.
Многолетний опыт показал, что они не
приводят к аварии. Лишь в случаях
повреждения на обширной площади или
нарушения «ступенчатой» укладки плиток,
которые грозят заметной турбулентностью и
сильным нагревом, ремонт будет необходим.
Решено разработать четкий набор критериев,
по которым принимается решение о выходе в
открытый космос и о ремонте теплозащиты.
Наибольшую проблему представляет
задача ремонта композитных панелей RCC
передней кромки: NASA еще не знает, можно ли «залатать»
дыру, подобную той, что погубила «Колумбию»,
так, чтобы «заплата» выдержала прохождение
атмосферы, и ищет помощи других организаций.
Агентство продолжит испытания материала RCC
для создания компьютерных моделей,
позволяющих надежно предсказать размер
возможных повреждений, и намерено
опробовать пять методов неразрушающего
контроля состояния панелей RCC без съема их с
крыла.
На подлете к станции, на
расстоянии 180 м, шаттл будет проделывать
серию разворотов, позволяющих заснять его
теплозащиту с борта МКС. Предпочтительным
вариантом детального осмотра и ремонта
теплозащиты является следующий. Корабль
захватывает своим манипулятором
такелажный узел на адаптере PMA2 МКС и,
используя его как опору, разворачивается
так, чтобы манипулятор станции SSRMS с
находящимся на нем астронавтом мог достать
до места ремонта. Некоторые места, однако,
остаются недоступны, и опять-таки придется
наращивать SSRMS дополнительной штангой.
Конец манипулятора, возможно, будет
временно фиксироваться к поверхности
шаттла наклейками.
Если стыковка к МКС в полете не
запланирована, осмотр будет проводиться с
использованием аварийных реактивных
устройств перемещения SAFER. Пока не ясно, как
в таком случае проводить ремонт, но до
очередного полета к «Хабблу», когда такая
возможность может потребоваться, остается
еще достаточно времени.
МКС будет рассматриваться как
место аварийного размещения экипажа в
случае серьезного повреждения корабля. NASA
также рассматривает возможность иметь
наготове второй корабль, который мог бы
выполнить спасательный полет. (Совершенно
не понятно, как можно реализовать это
намерение не однократно, а на постоянной
основе при наличии всего трех орбитальных
ступеней и необходимости проводить время
от времени капитальный ремонт одной из них.)
Уже сейчас проводится
модернизация наземных камер для съемки
запуска и выведения шаттла. В их число
сейчас входят расположенные по периметру
стартового комплекса высокоскоростные 35-мм
камеры Photo Sonic и телескопические камеры ВВС
США в районе Плаялинда с фокусным
расстоянием 10 м и 5 м. Для съемки шаттла на
промежуточных дальностях силами NASA
строятся 16 станций UCS (Universal Camera Site) с
камерами Kineto Tracking Mount (KTM). На самом корабле,
на внешнем баке и на ускорителях также
будут установлены камеры.
Все критические системы на борту
шаттла будут фотографироваться во время
предстартовой подготовки, чтобы их
состояние было известно и было легче
организовать ремонт на орбите, а чертежи
будут обновлены и компьютеризированы.
Группа управления полетом будет
реорганизована, изменена «вертикаль
управления», улучшены каналы связи и
доведения технических вопросов до ее
руководителей, созданы возможности для
оценки риска. Члены группы будут проходить
тренировки по реагированию на потенциально
аварийные ситуации.
Наконец, NASA сделает новые оценки
риска для населения от запуска, входа в
атмосферу и посадки шаттла, и в частности –
возможных угроз людям и собственности по
трассам посадки кораблей на трех основных
посадочных комплексах.
Подготовка «Атлантиса» к полету в
сентябре уже началась, но пока выполняются
лишь отдельные операции: на крылья
устанавливаются панели передней кромки,
проводится инспекция проводки, проверяются
бортовые двигатели системы реактивного
управления.
Хотя миссия STS-114 стала в
значительной мере испытательной, «Атлантис»,
тем не менее, состыкуется со станцией и
выполнит часть первоначальных задач –
доставку грузов и замену неисправного
гиродина на ферме МКС. Уже очевидно, что
четверо астронавтов шаттла (из которых
двоим предстоят три выхода в открытый
космос) и два члена экипажа станции не
смогут справиться с тем объемом работ,
который выпадает на неделю состыкованного
полета. Поэтому в экипаж Коллинз будет
включено еще два, а возможно, даже три
астронавта. Так как масса полезного груза
ограничена, с добавлением штанги и
плиточного ремонтного комплекта придется
снять часть научной аппаратуры, а сам полет
лишается статуса миссии «по использованию
и снабжению МКС» (Utilization & Logistics Flight, ULF-1) и
остается просто «снабженческим» с новым
обозначением LF-1.
Остальные задачи (в частности,
установка внешней складской платформы ESP и
телевизионного оборудования на
поверхности станции) возложены на «Дискавери»,
который будет запущен двумя месяцами позже
в дополнительный полет с номером STS-121 и
обозначением в графике сборки ULF-1.1. На него
также перенесут часть задач миссии STS-116.
Судьба системы Space
Shuttle и американской пилотируемой программы
Какое время еще можно
эксплуатировать – и можно ли вообще –
систему Space Shuttle? Что и когда должно прийти
ей на смену? Не следует ли полностью
отказаться от пилотируемых полетов и
поручить работу в космосе автоматам? После
«Колумбии» и особенно после публикации
отчета комиссии Гемана эти «вечные вопросы
космонавтики» опять вышли на первый план.
Предполагается, что необходимые
политические решения примет президент США
Джордж Буш. В его администрации с
привлечением экспертов различных
правительственных агентств в сентябре 2003 г.
был начат анализ целей США в пилотируемой
космонавтике на следующие 20–30 лет. Утечки
из Белого дома говорят о том, что
результатом этого анализа могут стать
очень серьезные решения. Наиболее
очевидное из них (и, кстати, активно
пропагандируемое в американской,
европейской и российской прессе) –
организация пилотируемой экспедиции на
Марс и, возможно, на другие небесные тела
Солнечной системы. Важным дополнительным
фактором является выход на этап
пилотируемых полетов Китая, так как именно
эту страну США рассматривают в качестве
своего главного соперника на обозримую
перспективу.
 |
|
Карлос Норьега, астронавт NASA, представляющий Отдел астронавтов в программе «Возвращение к полету», инспектирует секцию передней кромки крыла шаттла во время посещения предприятия Lockheed Martin Missiles and Fire Control Systems в г. Гранд-Прери, Техас. Здесь изготовляются и ремонтируются углерод-углеродные секции передней кромки.
|
Что же касается NASA, то, по словам
Шона О’Кифа, его стратегический план
состоит в разработке революционных
технологий, позволяющих преодолеть
нынешние ограничения в космической
энергетике, двигательных установках и
продолжительности полета человека. Как
следствие, NASA сможет достичь новых целей в
космосе, когда и если они будут поставлены.
Законодатели (в большинстве своем)
пока не пытаются взять на себя
формулирование целей США в пилотируемом
космосе. Они обозначили свои позиции в
серии специальных слушаний в начале
сентября, на которые были приглашены
администратор NASA Шон О’Киф и председатель
комиссии по «Колумбии» Харолд Геман.
Влиятельные члены Конгресса были, мягко
говоря, не в восторге от шаттла и от
существующей программы пилотируемых
полетов с его использованием. В ближайшей
перспективе Конгресс намерен очень
внимательно следить за организационной
реформой NASA, установить правильные
приоритеты проводимых работ и в итоге дать
разрешение на возобновление полетов.
4 сентября сенатский комитет по
ассигнованиям утвердил свой вариант
бюджета NASA на 2004 ф.г. и записал в отчет
важное требование к агентству. Комитет
отметил, что NASA до сих пор рассматривало
орбитальный космоплан OSP лишь как средство
аварийного возвращения экипажа с МКС, но не
как полноценный пилотируемый корабль,
способный заменить собой шаттл. Сенаторы
заявили, что, по их мнению, шаттл как главное
средство пилотируемых космических полетов
должен быть заменен, и потребовали, чтобы NASA
представило план замены шаттла и
соответствующие контрольные точки в рамках
реализации рекомендаций комиссии Гемана.
Одновременно должна быть повышена
надежность и безопасность трех оставшихся
шаттлов.
Взгляды на будущее пилотируемой
космонавтики, высказанные законодателями,
менее связаны с их партийной
принадлежностью, чем с тем, какие округа,
центры и фирмы они представляют. К примеру,
конгрессмен-демократ от Хьюстона Ник
Лэмпсон заявил, что бюджет NASA должен быть
удвоен, а в повестку дня поставлена
подготовка экспедиции на Марс. Напротив,
республиканец от Мичигана Ник Смит,
председатель подкомитета по исследованиям,
сказал, что «перенос центра тяжести на
беспилотные проекты является разумным с
точки зрения как безопасности, так и
исследований».
Шервуд Боулерт высказался за
сохранение пилотируемой программы, но
одновременно дал понять, что Палата
представителей не даст NASA средств, если не
получит внятного обоснования или если
конгрессменов попытаются уговорить
принять дополнительный риск. Он также
подчеркнул, что необходимо сформулировать
глобальную цель пилотируемой программы,
которой не было «уже целое поколение».
|
|
|
12 сентября Ник Лэмпсон и еще 26 конгрессменов внесли проект «Закона 2003 г. об освоении космоса» (The 2003 Space Exploration Act), который устанавливает в качестве задач NASA создание многоразового корабля для транспортировки людей в зоне Земля – Луна – точки Лагранжа, отправку экспедиции на сближающийся с Землей астероид, основание лунной базы и отправку экспедиции на Марс с созданием базы на его спутнике к 2024 г. Вероятность прохождения этого закона ничтожно мала, но определенную тенденцию он обозначил. |
Председатель подкомитета по
космосу и авиации комитета по науке Дана
Рорабейкер, республиканец от Калифорнии,
считает, что администрация Буша должна
задать «реальный, но вдохновляющий набор
целей» для NASA, а шаттл должен быть заменен
более надежным кораблем. На слушаниях 4
сентября он заявил, что NASA в течение 30 лет
шло по ложному пути, разрабатывая и
эксплуатируя шаттл, которому «абсолютно не
удалось достичь первоначально
поставленных целей». Более того,
израсходовав сотни миллионов долларов на
носители следующего поколения и двигатели
для них, NASA не завершило ни одной программы
в этой области – и именно поэтому шаттлы
летали дольше, чем следовало.
Джо Бартон, республиканец от
Техаса и один из немногих конгрессменов с
инженерным опытом, еще в июне неоднократно
заявлял, что шаттл не должен более
запускаться с людьми и вместо этого должен
быть переоборудован в грузовой корабль. Он
подтвердил эту точку зрения на слушаниях 10
сентября, на что О’Киф ответил, что
технически возможно управлять шаттлом в
беспилотном режиме для доставки грузов на
МКС и что NASA изучает такую возможность.
На заседании сенатского комитета
по торговле, науке и транспорту 3 сентября
председатель комитета по торговле Джон
МакКейн заявил, что необходимо понять, куда
должна идти пилотируемая программа.
Сенатор-демократ от Орегона Рон Уайден
предложил О'Кифу провести и представить «солидный
анализ программы пилотируемых полетов по
критерию затраты/польза», и руководитель NASA
обещал это сделать. Речь, однако, не шла об
отказе от этого направления космонавтики.
Сенатор Сэм Браунбэк, республиканец от
Канзаса и глава подкомитета по космосу,
заявил в тот же день: «Я верю, что Америка
должна оставаться на переднем крае
космических исследований и открытий. Наша
задача… – идти вперед к безопасному
возвращению Америки в космос на
американском корабле». Браунбэк считает
необходимым создание президентской
комиссии, которая разработает национальную
политику в области космоса.
«Колумбию» хоронить
не будут
11 сентября Шон О’Киф подвел
финансовые итоги операции по расследованию
катастрофы «Колумбии». На поиски, сбор и
сортировку обломков Федеральное агентство
по управлению в чрезвычайных ситуациях
израсходовало не менее 235 млн $ из своего
резервного фонда, а NASA – 21.1 млн $.
Непосредственные расходы на работу
комиссии Гемана составили 18.7 млн $, и еще 112.6
млн NASA потратило на обеспечение ее работы,
необходимые исследования и т.п. Таким
образом, в сумме два ведомства
израсходовали не менее 387 млн $.
Расходы на ремонт и доработку
трех оставшихся шаттлов и других
компонентов системы Space Shuttle пока оценить
невозможно, но О’Киф заявил, что общая
сумма ни при каких условиях не превысит 1
млрд $.
В тот же день журналисты в
последний раз были допущены в ангар, в
котором лежали рассортированные обломки «Колумбии».
На следующей неделе 38500 кг обломков начали
перевозить на место постоянного хранения –
в неиспользуемый зал на 16-м этаже здания VAB,
где она готовилась к последнему полету.
Обломки корабля останутся
доступны для исследователей, которым
необходимо изучить состояние материалов и
конструкций после аварийного входа в
атмосферу. Так, Центр Маршалла получит
отдельные куски для изучения механики
разрушения и перегрева, а Университет Род-Айленда
– для учебных целей: показывать студентам
воздействие реальных нагрузок на металл
шаттла. Всего с мая NASA получило около 20
запросов на использование обломков корабля.
Однако кабина экипажа и все, что находилось
в ней, не будет доступна для сторонних
исследователей из уважения к памяти
астронавтов и к их родственникам.
Этим руководители NASA 2003 г.
разительно отличаются от своих
предшественников 1986 г. Тогда, как известно,
выловленные на поверхности и поднятые из
океана обломки «Челленджера» по окончании
расследования были навечно захоронены в
двух старых ракетных шахтах Станции ВВС «Мыс
Канаверал». Воистину, «с глаз долой – из
сердца вон»! Туда же под горячую руку чуть
не отправили сгоревший в 1967 г. корабль Apollo
204, который по сей день хранится в Центре
Лэнгли.
Организационные шаги
Еще до публикации отчета
комиссии (НК №10, 2003), 13 июня
администратор NASA Шон О’Киф назначил двух
сопредседателей специальной рабочей
группы для независимой оценки работ по
подготовке новых полетов шаттлов. Ими стали
бывший астронавт «аполлоновского» призыва,
генерал-лейтенант ВВС США в отставке Томас
Стаффорд и один из лучших астронавтов
шаттловской эпохи полковник в отставке
Ричард Кови, который был пилотом «Дискавери»
в первом полете после «Челленджера» в 1988 г.
Полностью эта комиссия из 27 экспертов –
бывших высокопоставленных сотрудников ВС
США, Конгресса и NASA – была сформирована 25
июля и должна закончить работу за месяц до
первого полета шаттла после «Колумбии».
15 июля NASA объявило о намерении
создать независимый Центр техники и
безопасности при своем Исследовательском
центре имени Лэнгли (г.Хэмптон, Вирджиния)
для всестороннего изучения всех программ и
проектов NASA на предмет надежности
технической реализации и оценки
безопасности. Как заявил Шон О’Киф, этот
новый Центр будет иметь возможности и права
по прямому оперативному вмешательству в
любую миссию NASA.
Центр численностью около 250
человек будет находиться в подчинении
директора Центра Лэнгли, но «политическую
ответственность» за его работу будет нести
Брайан О’Коннор, заместитель
администратора NASA и руководитель
Управления безопасности и качества.
Центр техники и безопасности
будет:
- выполнять независимые
технические оценки и испытания в
обеспечение критических проектов и
программ NASA;
- проводить изучение и оценку
техники и безопасности путем независимого
анализа, оценки опасностей и риска, аудит
безопасности, участие в расследовании
аварий;
- выступать как центр
независимого анализа тенденций с
использованием современных средств и
методик;
- служить обеспечивающей
структурой инженерного сотрудничества при
решении проблем;
- работать как центральный
координирующий орган по результатам
расследований и рекомендациям (техническим
и организационным), техническим стандартам
и технологической дисциплине;
- выполнять независимую инспекцию
и подтверждение работ, обеспечивающих
постоянное поддержание стандартов
безопасности NASA.
Кадровые перемены
Произошли и кадровые
перестановки «по следам» «Колумбии» – в
первую очередь в Космическом центре имени
Джонсона. Уилльям Парсонс сменил Роналда
Диттмора в должности менеджера программы
Space Shuttle (НК №7, 2003, с.16) и 2 июля объявил о
следующих назначениях. Уэйн Хейл (N. Wayne Hale, Jr.),
бывший в течение 14 лет сменным
руководителем полета и «сосланный» в
январе во Флориду, вернулся в Хьюстон
исполнять обязанности первого заместителя
Парсонса. 16 июля его место менеджера
стартовой интеграции шаттлов в Центре
Кеннеди занял Майкл Ветмор (Michael E. Wetmore),
временно сохранив за собой и должность
директора подготовки шаттлов.
Стив Поулос (Steve M. Poulos, Jr.),
работавший начальником отделения систем
экипажа и теплозащиты Технического
директората Центра Джонсона, 2 июля был
назначен и.о. менеджера Офиса проекта
орбитальной ступени. Его первым
заместителем стал Эдвард Манго (Edward J. Mango),
работавший менеджером по запускам шаттлов
в Космическом центре имени Кеннеди и
возглавлявший поиск обломков «Колумбии» в
Техасе.
На новые должности были назначены
еще два бывших руководителя полетов шаттла.
Джон Шеннон (John P. Shannon) назначен и.о.
менеджера полетных операций и интеграции, а
Джон Мьюрейтор (John F. Muratore) – менеджером
Офиса системной интеграции.
Ралф Роу, менеджер Технического
офиса по орбитальной ступени, настаивавший
в ходе полета «Колумбии» на полной
безопасности удара по кораблю, получил 2
июля назначение в Исследовательский центр
имени Лэнгли специальным помощником его
нового начальника генерала Роя Бриджеса по
разработке новых инициатив в области
безопасности полетов.
В Центре космических полетов
имени Маршалла (MSFC), который отвечает за
проекты твердотопливных ускорителей,
основных двигателей SSME и внешнего бака
системы Space Shuttle, 20 мая было объявлено об
отставке его директора Артура Стефенсона (Arthur
G. Stephenson) с 15 июня 2003 г. Место Стефенсона
занял его первый заместитель Дэвид Кинг (David
A. King), до недавнего времени – директор
межполетной подготовки шаттлов в Центре
Кеннеди.
Вместо Кинга 14 июля был назначен
Рекс Геведен (Rex D. Geveden), первый заместитель
директора Научного директората MSFC. В тот же
день первым заместителем директора Центра
Кеннеди был назначен Вудро Уитлоу (Woodrow Witlow
Jr.) – директор по исследованиям и
технологии Исследовательского центра
имени Гленна.
В компании United Space Alliance – головном
подрядчике NASA по межполетной подготовке
шаттлов – 15 мая появился новый президент и
главный исполнительный директор. Им стал
Майкл МакКалли, бывший астронавт NASA.
Одновременно было объявлено, что главным
оперативным директором вместо МакКалли
будет еще один бывший астронавт – Брюстер
Шоу, вице-президент и заместитель
генерального менеджера подразделения Boeing Co.,
отвечающего за заказы NASA.
23 сентября подали в отставку все
девять членов Консультативной комиссии по
аэрокосмической безопасности – органа,
созданного после пожара 1967 г. для
консультирования руководителя NASA по
вопросам безопасности работ, установок и
людей, который, однако, не имел никакой
реальной силы и ничего не смог сделать для
предотвращения катастрофы «Колумбии».
Теперь Шон О’Киф получил возможность
пересмотреть назначение этой комиссии и ее
устав, а также назначить новых людей.
|